Обратно мы доехали гораздо быстрее, и вещей показалось как-то немного — видимо, потому, что мы съели все продукты, так что, вдвоём занесли всё в квартиру буквально минут за 15. Сдать Хайлендер в рентакар — вообще дело плёвое, я просто заехал на их стоянку и скинул ключи в ящик. В результате, на улице даже ещё светло, а мы с Рыжей уже сидим на кухне и пьём вино. Тихо. Молча. И я многое бы отдал, чтобы встать сейчас, рубануть рукой сплеча и сказать: «А гори оно всё огнем — Рыжая! Поехали прямо сейчас обратно!». Но — не могу. Кишка у меня тонка. Я понимаю, что и у неё, и у меня есть жизнь, и её надо жить, есть дела, и их надо делать. Но, боги, как же мне не хочется снова окунаться в эту чёртову кучу проблем!

И, конечно же, опять телефон. Вот не было печали…

— Привет, Иван.

— Привет. У тебя всё в порядке? — какой-то он… сосредоточенный.

— Ну как обычно. Что-то случилось? — лениво протянул я. Вот никуда сейчас не пойду, хоть что мне обещай!

— Да. Нужно встретиться. Прямо сейчас, — ой-ёй, Иван-то прям реально серьёзно настроен.

— Завтра никак? — я тоже начал подбираться, настроение Ивана передается и мне.

— Какой завтра? Ты где неделю шарахался? — Иван повысил голос, но тут же оборвал сам себя: — Неважно, всё при встрече. Пиво помнишь где пили? Вот там. Когда приедешь?

— Час… Годится? — вздохнул я.

— Не тяни, — и белорус дал отбой.

* * *

— Только не говори мне, что весь сыр-бор из-за того, что у тебя самогон кончился! — довольно громко поприветствовал я Ивана ещё от стойки, пока бармен наливал мне пиво. Только вот Иван оказался совсем к шуткам не склонен, он молча безотрывно смотрел мимо нас куда-то в сторону входа. Я подсел к нему, и только тогда он опустил взгляд на меня. Синхронно сделали по глотку, потом он поставил локти на стол и наклонился ко мне.

— Дело серьёзное. У тебя в России проблемы? — тихо проговорил он, внимательно глядя мне в глаза.

— Да вроде ничего такого особенного, — автоматически отмазался я, но тут же прострелила мысль: «Камчатка?».

Как так? Неужели может быть так быстро? Тем более — тут, как, откуда⁈

Как-то по-новому смотрю на Ивана, машинально прихлёбываю пиво — оно почему-то вдруг кажется перечно-горьким, испуганно отодвигаю кружку на середину стола.

— В России есть люди, кто… — я на секунду замялся, — хотел бы со мною поговорить.

— Поговорить, — горько усмехнулся белорус, — теперь это называется «поговорить»!

— Да что такое, скажи ты толком? — не выдержал я.

— В начале недели мне один приятель шепнул, что кто-то пробивает тебя по русской тусовке тут, в Нью-Йорке. И что кое-кто показал на меня, как близкий контакт. Я же квартиру для тебя искал тогда, помнишь? Люди серьёзные, приехали не с пряниками! Я, понятно, напрягся. Ты на связь не выходишь…