— Я в лесу был, там сети нет фактически. Телефон садится за пару часов — вот я его и выключил, чтоб голову не ломать, — попытался оправдаться я.

— Голову… раньше надо было голову ломать! — вскипел Иван. — Я тут как дурак, весь извертелся! Ленку с детьми отправить пришлось… Но это ещё ерунда, — он отхлебнул опять, — позавчера мне маякнули, что сюда приехала какая-то бригада, вроде как за тобой. Давай вспоминай — кому ты там мозоль оттоптал? Так, что даже сюда дотянулись? — Иван вперил в меня яростный взгляд, но чего там, думаю, по моему лицу всё видно сразу.

— Кхм, — горло у меня подозрительно село, — возможно, я понимаю, в чем тут дело…

Коротко рассказываю партнеру всю историю с золотом. Все это время он безотрывно смотрит на меня, словно пытаясь поймать на лжи, из-за этого я нервничаю и сбиваюсь.

— Какова цена вопроса? — немного помолчав, спросил Иван.

— Цена? Ну, если недостачу считать, по официальным ценам — 10 миллионов где-то. Рублей, — от нервов я никак не могу перевести сумму в доллары, но он меня перебил:

— Понятно. Не те это деньги, чтобы… — он щёлкнул пальцами, подбирая слово, потом махнул рукой: — Подстава это, короче. Камчатские от тебя хотят чего-то. Знаешь, что они могут хотеть?

— Откуда? — сокрушённо пожал я плечами.

— Подожди, — сказал я. — А может, всё не так страшно? Они же тебя не нашли еще? Давай и я смотаю отсюда куда-нибудь… опять в леса!

— Ты не понимаешь, — мотнул он головой. — Меня предупредили, да, я ушёл с радаров. А другие? Яков Брониславович — думаешь, он будет долго держать сокровенное в себе? Ты в комнате своей уже был? Нет? И это, между прочим, очень хорошо! Потому как если за тебя взялись всерьёз — они всех вывернут, даже самые дальние знакомства! И сколько они тут будут торчать — ты знаешь? Месяц, два? Год⁈ Год будешь сидеть в лесу? И я — с тобой на пару? Ты же не думаешь, что ты первый, кто из России сюда попытался убежать⁈

Пока Иван переводил дух после своей длинной тирады, я прикидываю, кто и что обо мне может знать. Запчасти, комната — ну, это Брониславович, посчитали уже, просто не пойду туда, и всё… адвокат! ой-ёй — адвокат…

— Слушай, а ты уверен насчет Брониславыча? — с затаённой надеждой спросил я.

— Пфе! — фыркает белорус. — Конечно! Да его первого спросят! И он первым всё выложит, они даже заплатить ему не успеют! Ты же сам с ним общался — какие вопросы? Расскажет даже то, чего никогда не знал!

И тут опять квакнул телефон. Рыжая! Я глянул в сообщение — там фото, и в глазах потемнело, я уронил телефон на стол, и, кажется, даже откинулся на спинку стула, сползая вниз. Иван привстал, одной рукой схватил меня за плечо, другой повернул к себе телефон, посмотрел на экран, резко выдохнул и, перехватив меня обеими руками за ворот куртки, резко встряхнул, как куклу. Легко ему, бугаю…