— Перекурите здесь пока, ладно? — извиняющимся тоном произнёс Сергей, когда захлопнувшаяся дверь разом отсекла шум из коридора. — Просто чтоб уверенными быть, что вы в безопасности. А как рассветёт — будем разбираться, что это у нас тут вышло, и кто такой на нас напал. Договорились?

— А почему не дома? — спросила Лина.

Сергей посмотрел на нее, помолчал.

— Там эти уроды могли разбежаться всё же, частично, — нехотя ответил он. — Кто его знает, мало ли — влезет такой в квартиру, стрельнёт дуриком… Лучше уж так пока, а как рассветёт — охрана обещает всё зачистить как следует.

Сергей собрался уходить, но я остановил его, дёрнув за рукав. Молча повернулся к Рыжей, надавил руками ей на плечи, опуская в кресло. Она поддалась, настороженно глядя на меня чудесными зелеными глазами. Никуда не хочу! Хочу смотреть в эти глаза, гладить эти волосы, и пусть весь мир… нет, не будет он ждать. В конце концов, Андрей со своим шлангом не зассал полезть в самое мясо — а я что, хуже?

— Сергей, мне надо туда. Сейчас.

Сказать прямо, я думал, что следующую фразу выдаст Лина, но ошибся:

— Ты с ума сошёл? Да меня четвертуют! Не может быть и речи, никто тебя не пустит, можешь не сомневаться даже! — хм, «не пустит». Очень смешно. Неужели Сергей реально не мог себе даже представить того, что я захочу туда полезть?

Я посмотрел на Лину — сидит такой нахохленный воробушек, напуганный, бесконечно милый, так бы и схватил… Но окно — а с ним и моя «ниточка» — ждать не могут! Я просто достал из кармана телефон и набрал Скипа. Удивительно, но ответил он почти сразу. Правда, без политесов:

— Горит? Не до тебя — видишь, что творится!

— Горит. Мне надо на площадь. Прямо сейчас.

Переждав минуту приглушённого мата, я повторил:

— Прямо сейчас. Надо.

Снова мат — уже ближе, и потом обреченное:

— Три минуты. Только без меня не вылезай, подстрелят сгоряча!

— Договорились, — дав отбой, я повернулся к Сергею: — Ну вот видишь — а ты говорил «не пустят»…

Он помотал головой, глаза безумные, ничего отвечать не стал, резко выдохнул, махнул рукой и вышел, хлопнув дверью. А я подсел к Рыжей.

— Понимаешь, солнце, это ведь сработал кто-то такой же, как мы. Только сильнее. И мне очень надо посмотреть — помнишь, я ведь говорил тебе, что вижу следы, только недолго. Вдруг и тут получится разглядеть что-то новое… Нам это нужно. Сама ведь видишь, какая каша заваривается — выходит так, что нигде не отсидишься…

Рыжая пару раз кивнула во время моей сумбурной речи, крепко меня обняла на мгновение, привстав из кресла, а после довольно резко оттолкнула обеими руками. Все меня бьют, блин. Даже любя.