— Понял. — Прервал лекцию фельдшера Богдан — Делай как надо.
За дверью спорили Муса и Аслан. Слов было не разобрать, только голос Оздоевa становился всё тише. Это мне не нравилось больше, чем если бы он кричал. Когда Белов закончил, я вышел. На столе лежала карта. Али уже собрал наши вещи у стены. Муса сидел, сжав руки между коленями.
— Руслан нас продал.
— Уверен?
— Да.
— Откуда знаешь?
Он поднял глаза.
— Человек у меня возле мастерских живёт. Слышал стрельбу, потом смотрел, что там происходит. Руслан вышел к ним сам. Сел в машину рядом с тем, кто у ворот стоял. Никто его не связывал, оружием не тыкал.
— Это ещё не всё, я так понимаю — сказал я.
— Не всё. После боя туда приехал племянник одного из людей Лечи. Спрашивал, почему ушли. Руслан оправдывался. Говорил, что привёл, как договаривались.
Я помолчал.
— А водитель?
Муса покачал головой.
— Никакого водителя там не было. Человек в кожаной куртке у Лечи людей собирает. Я его раньше не видел. А мой знакомый узнал.
Равиль тихо выругался. Муса продолжил:
— Они уже расспрашивают по окрестным улицам. Машины описали. Знают, что у нас раненый. Руслан видел тебя, меня. Слышал, как Богдана звали.
— Про базу?
— Сам он адреса не знает. Но меня знает. Родственников моих тоже может найти.
Аслан стоял у окна. Теперь я понял, о чём они спорили. Мы привезли опасность в чужой дом.
— Уходим, — сказал я.
Али кивнул.
— Уже собираемся.
— Богдана здесь тоже оставлять нельзя.
Из комнаты донёсся его голос:
— Я с вами, не вздумайте меня бросить.
Я заглянул к нему. Сапер лежал бледный, с закрытыми глазами, но пытался улыбаться. Белов собирал сумку.
— Ему нужен покой.
— Здесь его не будет, — ответил я.
— Я это понимаю, но лучше бы ему конечно полежать хотя бы несколько часов. Но если нельзя, то потерпит. Главное пока без резких движений. Руку я ему зафиксировал и обезболил.
Муса подошел сзади.
— Аслан отвезёт его. Есть место. Там помогут.
— Твоих родственников опять подставим?
— Нет. В этот раз человек сам решит, прежде чем вы поедете. Я с ним поговорю.
— Нет. Это на крайний случай. Раз Белов говорит, что его перевозить можно, будет с нами. Оставлять мы Богдана не будем. Вполне возможно, что потом за ним вернуться возможности не будет. Сейчас надо действовать быстро. Пусть валяется, пока парни пакуются, а мы пока пойдем подумаем, что делать дальше.
Мы вернулись в комнату, и я вновь уставился на карту. На ней оставались две непроверенные отметки. Быков подошёл к столу, но ничего не спросил. После мастерских он словно боялся снова заговорить об Антоне. Я повернулся к Мусе.