Выбор, которого мне не оставили.
На данный момент во мне осталось всего лишь три иглы, две из которых сейчас тускнели. Последняя, а именно та тварь, что спустилась ко мне вниз, вдруг пришла в движение. Медленный её подъем и возобновившийся накал злобы. Мне даже показалось, будто накалилась сама игла, а жар от неё неприятной волной немеющей боли, расходится по телу.
Молчаливый вопрос, что хотел непроизвольно вырываться, так и остался внутри черепной коробки.
«Какого хера?» — но всё, что мне оставалось, так это сильнее сжать челюсть.
Прикрыл на мгновение глаза, внутренне собираясь с силами.
Одно дело, когда ты действуешь на одних только рефлексах, не особо даже обдумывая, и совершенно другое, когда нужно решиться и подойти к делу осознанно.
Выход из-за угла под аккомпанемент выстрелов и медленные шаги к твари. Взгляд, будто прилип к горбу и его медленному подергиванию, когда тварь зубами отрывала кусок плоти. После пережевывание и то же подрагивание.
На какое-то мгновение мне даже показалось, будто я слышу довольное урчание. По крайней мере именно так этот звук интерпретировал мой мозг.
Шаг, еще шаг. Подошва стопы опускается в кровь и тварь замирает. Замирает, чтобы после, я будто в замедленной съемке видел, как её голова поворачивается в мою сторону.
Сердце явно пропустило удар.
Наши взгляды встретились и холод сковал моё тело.
Было ли мне страшно? Безумно, мать его!
Особенно, когда разглядел морду: увеличенная и выдвинутая вперед челюсть, массивные надбровные дуги и глаза со зрачками!
А после тварь выпрямилась и развернулась ко мне всем телом. Взгляд тут же прикипел к массивной золотой цепочке, что сейчас буквально врослась в разросшуюся плоть шеи.
«Ты!» — слово, прозвучавшее эхом прямо внутри моего сознания. — «Она будет довольна!»
Удовлетворение и толика предвкушения.
Первые два шага, слишком медленные и ленивые. Взгляд почему-то приковали круги, что расходились по кровавой поверхности. Она не была густой! Более того, от каждого шага существа, что раньше было Вениамином Ильдаровичем, от поверхности поднимались капельки, которые так и застывали в воздухе, будто подчиненные неведомой силе.
Рывок в мою сторону не был чем-то невозможным. Бежать? Да некуда бежать, на самом-то деле.
Всё внимание сжалось до одной только точки, а прочие раздражители перестали существовать.
Медленно вдохнуть полной грудью, «прислушаться» и на выдохе довернуть корпус влево. Выкинутая копьем рука твари проносится мимо, а лезвие топора падает прямо на неё. Удар получился таким себе: ни размаха толкового, ни дистанции. Да, стесал шмат плоти, но и всё на этом. Более того, тут же пришлось уходить в след за центром тяжести, что потянул за собой топор, но это к лучшему. Замах второй рукой пронесся там, где секундой ранее находилась моя голова. Получился эдакий нырок, выходил из которого я практически со спины твари. Время на замах? Нет его. Тычок проушиной в область поясницы и этого хватает, чтобы чуть оттолкнуть тварь. Замах! Но также, как с прошлой, не вышло. Тварь успевает вскинуть правую руку? Лапу? И чуть перенаправив лезвие, дабы не ударить её древком, опускаю острие прямо на предплечье. Хруст, рев и расслабляю хватку, чтобы не уйти следом за топором. Оружие выскакивает из рук, а я падаю на пол и скользя по крови, прокатываюсь дальше. Топор приземляется практически рядом, но схватить его полноценно нет времени. Только и успеваю, что зацепить пальцами и, что есть силы, срываюсь на ноги, к ближайшей открытой двери.