Пока он разглагольствовал, Вера Михайловна ходила меж парт, раскладывая перед нами листки. Типовые, в общем-то, формы, где черным по белому расписаны обязанности хранить всё увиденное в тайне и, само собой, ответственность за разглашение.

— Отказаться можете, — вторгся в мысли голос «пиджачка». — Всё-таки это уже не простые игры в солдатиков.

— С родителями посоветоваться можно? — поднял руку один из парней. — Слишком серьёзные последствия.

— Нет, — короткий и емкий ответ. — Вы все уже совершеннолетние и отвечать за свои поступки можете без оглядки на мам-пап. Не готовы? Дверь там. Задерживать не буду.

— Тогда я пас, — поднял парень руки перед собой. — Под эту бумажку вообще что угодно подтянуть можно.

— Молодой человек, — укоризненно протянул мужчина. — «Подтягивать», как вы выражаетесь, будут у вас на районе. Здесь же, если недостаточно яиц, чтобы осознать и проявить ответственность, никто вас держать не будет. Прошу, покиньте аудиторию. Вашу позицию мы уже услышали.

— Как он его, — толкнул меня в бок Саня.

Оно и понятно, фактически расписал в трусости и несамостоятельности, обозвав, по сути, маменькиным сынком. А парень-то засомневался. Нахмурился, надулся и даже хотел что-то сказать, но не посмел. Под немигающим взглядом «пиджачка», что не сводил с него взгляда, ссутулился и подхватив сумку, пошел к двери. К нему, впрочем, присоединилась еще без малого половина всех присутствующих.

— Что ж, — на удивление мужик улыбнулся. — Рад видеть, что критическое мышление всё-таки не пустой звук. Итак, остальные готовы на экскурсию?

Оговорочка по дядюшке Фрейду? Экскурсия куда? Уж явно не в казармы.

— Я в деле! — моментально загорелся Саня.

Трясущиеся руки, энтузиазм в глазах и мысли, в которых явно это самое «критическое мышление» не прослеживается. Что ж, понять его можно. Наверняка уже нафантазировал себе экскурсию по сбитому кораблю пришельцев.

Сначала я так же хотел отказаться. Зная примерный расклад по воякам, спасибо бате, ничего хорошего от этой поездки ждать не приходится. Но теперь вот оставить друга одного? Ладно, чего уж тут. И самого любопытство гложет. В общем, две чаши весов колебались недолго и вот лист с моим согласием, вместе с десятком остальных, отправляется в чемоданчик «пиджачка».

— Что ж, — хлопнул мужик в ладоши. — Сегодня вам надо будет переодеться в нормальную армейскую одежду. Свои спортивные костюмы оставьте здесь. На базе размеры есть под каждого, так что переживать не стоит. Заодно и опыт кое-какой поимеете.

А подпол, подпирая стену, стоял хмурый и недовольный. Медленно шевеля челюстями, словно жуя жёсткую жвачку, он переводил взгляд с одного из нас, на другого, будто силясь запомнить. Руки, скрещенные на груди и выражение лица такое, будто ему все это навязали. Причем под дулом пистолета.