Поэтому я приказал выступать, как только «Морской сокол» оказался готов к новому путешествию. То есть, этим же вечером.

Некоторые роптали, некоторые возмущались, мол, лучше выйти вместе со всеми остальными, так безопаснее, так мы не потеряемся и не отстанем, но я все эти споры жёстко пресекал. Сказано выходить, значит, выходим.

И мы шли. Вместо погибших при штурме Полоцка взяли нескольких местных, словенина Жирослава, водянина Туйво, кривича Нежату, ещё нескольких молодых. Чтобы занять все места на скамьях. Гребли новички из рук вон плохо, но старались изо всех сил, хоть я и не нагружал их чересчур сильно. Если они сотрут ладони до мяса, как это было у меня и многих других, то не смогут сражаться, а это сейчас важнее. Грести они ещё научатся.

Брать я старался не всех подряд, а проводить минимальный отбор, причём сообразительность и смекалку ценил больше, чем силу и выносливость, повергая в ступор и отвергнутых кандидатов, и наших ветеранов. Вот только мясо нарастёт, сила прибавится, а мозгов со временем больше не станет.

Новички притирались друг к другу, к остальной команде, выясняли своё положение в иерархии. Самое низкое, разумеется, все они были не более, чем юными желторотыми дренгами, но между собой они предпочитали петушиться и цапаться, выясняя, кто из них сильнее. Тем более, что все они были из разных племён и мгновенно поделились на землячества. Словене, кривичи, водяне. Пришлось в принудительном порядке перемешать их между собой, но и это помогало не слишком хорошо.

До волока добрались без приключений, переправились бесплатно. Наш корабль узнавали издалека, название его знали в каждом селении. Так же, как и моё имя, и то, что с нами лучше не шутить.

По Двине спустились до Полоцка, знакомым путём, тоже без приключений. Никто просто не рисковал с нами связываться, и даже если в этих лесах кто-то партизанил против власти Хререка, то выходить и драться с нами у них не хватало духу.

Ну а в Полоцк вошли, как полноправные хозяева. Тут местные пока ещё не смирились со своей участью, и наше прибытие встретили косыми взглядами и бормотанием в спину. Тут стоял гарнизон из свеев под командованием ярла Стурлы, хотя и местный князь сохранил своё место.

Хререк благоразумно оставлял местную знать на местах, привязывая их к себе силой оружия и силой золота, так, чтобы для простого народа ничего особо не менялось, а вожди сохраняли своё положение. Хререк хотел, чтобы богатели все, а он богател за счёт всех остальных.

— Что, князь решил всё-таки на смолян пойти? — спросил меня ярл Стурла, высокий светловолосый норманн с длинной раздвоенной бородой.