Кьяртан недоверчиво прищурился, глядя на меня. Мой ответ звучал крайне неубедительно.

— О чём вы с ним говорили? — спросил он. — У нас какие-то проблемы?

— Проблемы? — переспросил я, вытягиваясь на табуретке, чтобы хрустнуть суставами. — Нет, не думаю. Просто князь опять медлит.

— Его тоже понять можно, — усмехнулся Кьяртан.

— Можно. И я понимаю. Но нам-то от этого не легче, — ответил я. — Чем скорее выйдем, тем скорее город возьмём, а там уже и ледостав будет. Если до зимы не успеем, то всё, придётся здесь куковать.

— Здесь не хотелось бы. Домой охота, — произнёс Кьяртан.

— Вот именно, — сказал я.

— Ступай, отдохни, Бранд, — сказал Кьяртан. — Мы тут сами доделаем.

Остальные его поддержали нестройным хором, мол, да, доделаем. И с одной стороны, отдых мне и впрямь не помешал бы, а с другой, я и работать то пошёл исключительно потому, что мне больше нечем было заняться.

И даже к князю не сходить. Если Хельги прознает, что я сразу после нашего разговора виделся с Хререком, то можно незамедлительно готовить себе деревянный макинтош. А он прознает обязательно.

Поэтому в гости к Хререку я отправился только на следующий день.

Взял с собой пузырь самогонки, закутался в шерстяной плащ, натянул шапку и поковылял в крепость в полной уверенности, что застану князя там. В такую погоду, а день выдался чрезвычайно сырой и ветреный, хороший хозяин собаку из дома не выгонит. А я вот попёрся по гостям.

На этот раз караульных в крепости хватало, и стояли там знакомые по осаде Полоцка парни, так что пропустили меня без всяких проблем. Захотелось налить им по стопочке, всё-таки, стоять на холодном ветру — не самая приятная работа, но служба есть служба. Уж лучше пусть им нальёт Хререк, и после караула, а не во время него.

Самого князя пришлось ждать, Хререк сперва принимал какого-то из словенских вождей. Работал, в общем, а не обжимался с супругой, как я предполагал изначально.

Вождь этот выскочил в самых расстроенных чувствах, недовольный и злой, ожёг меня косым взглядом. Я прошёл к князю, сразу же извлекая бутылку из-за пазухи. Демонстративно.

— О, да это же твой хвалёный огненный эль! — радостно воскликнул Хререк.

— Он самый, — улыбнулся я. — Это что за чудище лесное от тебя выскочило?

Хререк скривился и махнул рукой.

— Доброжир, — фыркнул он. — Отсрочки просил от налогов. Недород, мол. А я знаю, что брешет он, как пёс шелудивый.

— Сильно ты его расстроил, — заметил я.

— Ничего страшного, — ухмыльнулся он. — Давай, наливай, раз уж пришёл.

Я плеснул самогонки в стаканы, на самое донышко. Местные поначалу удивлялись такой моей жадности, но теперь уже привыкли, после того, как один из молодых потребовал себе полный стакан, замахнул его залпом и не смог после этого встать.