Но возвращаться в Бейстад, чтобы там вновь питаться одной селёдкой, я не хотел, как и многие другие члены команды. Если и возвращаться, то с триумфом, с полными сундуками золота и серебра, а мы ещё столько не награбили и не заработали. Я бы предпочёл пока оставаться здесь, поближе к богатству и славе.

— Может, к жрецу местному сходить? Он чего подскажет, — предложил Стейн.

— Не думаю, что здешние волхвы будут Хререку помогать, — сказал я. — Они скорее поддержат его врагов. А может быть, уже поддержали. И околдовать помогли.

— Да, засада, — вздохнул Хальвдан. — Ненавижу всех этих колдунов.

— Ну а мы-то что можем сделать? — спросил Олаф. — Его проблемы.

— Которые могут стать нашими, Олаф, — сказал я. — Не глупи.

Мы погрузились в раздумья, повисла тишина, перемежаемая только редким стуком ложек и журчанием пива. Кормили здесь неплохо, достаточно просто, но вкусно и сытно, и после похода почти все соскучились по нормальной пище.

— Вышата, а ты же можешь узнать, кто именно из местных породнился с князем? — спросил я.

Так мы выйдем на предполагаемого колдуна, а там уже можно будет устроить ему допрос с пристрастием. Опасно, конечно. Не потому, что на наши головы падёт какое-то проклятье, а потому, что с новыми родственниками Хререка конфликтовать теперь чревато. Пожалуются князю или княгине, и всё, каюк нам всем. В нынешнем состоянии князь любого порвёт по первому же слову своей жёнушки.

— Узнаю, — сказал Вышата. — Это несложно узнать.

— Рагнвальд, ты больше других знаешь про это всё, может, можно как-то определить колдовство? Может, руны какие есть, ритуалы? — спросил я.

Рагнвальд посмотрел на меня с недоверием и удивлением. Пожалуй, это стоило спрашивать не за общим столом, а наедине, но слово не воробей. Колдовство у норманнов было сугубо женским занятием, и я чуть случайно его не оскорбил при всех. Хотя все на драккаре знали, что он тайком гадает на рунах и прячет в своих вещах амулеты и всё такое прочее.

— Поспрашивать надо у знающих, — глухо произнёс он, переводя стрелки на несуществующих людей.

— Поспрашивай, пожалуйста, — кивнул я. — Торир, ты говорил про какие-то знаки тайные?

— Я? Разве? — удивился Торир. — А, про эти! Надо просто вот так вот сделать, и никакое колдовство не страшно!

Он изобразил какой-то сложный жест левой рукой, отгоняя зло, Лейф картинно начал корчиться в муках, словно из него начали выходить бесы, все громко заржали. Торир нахмурился. Если поначалу в его побасенки многие верили, то сейчас его уже раскусили и поняли, что он просто трепло.

— Я лучше способ знаю, надо колдуну просто череп топором раскроить, — сказал Хальвдан, когда все отсмеялись. — А потом похоронить лицом вниз, чтобы из могилы не выбрался.