Таким образом, битва разбилась на несколько дуэлей. Старицкий отчаянно размахивал чёрным мечом, в надежде повредить боевой серп или хотя бы разрубить связывавший с жнецом канал. Лич схватился с пурушей. А Скрат медленно приближался к Ульяне. Стало ясно, что первая же проигранная схватка решит исход битвы.
— Я выпотрошу тебя, как утку! — зло пообещал Лепрекон, а ритуальные татуировки на его лице воспылали. Оказалось, что тату накололи не спроста. Балахон некроманта раздался вширь, а движения обрели быстроту и вывереность. Также мужчину окружила защитная аура, которая отпугивала серого призрака. Дух бессильно парил рядом, но навредить был не в состоянии.
Ощутила изменения в себе и Несмеяна. Впитанная кровь отца наполнила мышцы невиданной силой, кости потяжелели, а кожа уплотнилась. И все же наибольшим приобретением были навыки боя. Нож поглотил не только душу, но и часть умений Беара. Теперь клинок передавал знания хозяйке. Огромную роль в их количестве сыграло то, что Ульян пожертвовал собой добровольно.
За долгую жизнь гетман неплохо овладел холодным оружием. И пусть он предпочитал молот, но и кинжалом орудовал превосходно. Сказалась лихая молодость. Во всяком случае, фехтовал Ульян куда лучше бравшего запугиванием и магией некроманта. Конечно, девушке потребовалось время, чтобы освоить наследство, но и усвоенных крох пока хватало для противостояния.
После нескольких пропущенных ударов плетью, Ульяна наплевала на стыд и сорвала ошмётки рубахи, обмотав руку по локоть. Теперь она принимала взмахи ремней на импровизированные наручи, сама же старалась подрезать врага на отходе. Церемониальная девятихвостка отлично воздействовала на нечисть, а вот против живых противников пасовала.
С каждым мгновением девушка обретала большую и большую уверенность. Она залихватски совершала горизонтальные замахи, ложные выпады и финты. Метила в запястья и пальцы. Тесак плохо подходил для уколов, а вот рубящий и режущий урон имел, что надо.
Постепенно ранее односторонняя битва выровнялась. В пылу, Ульяна и не заметила, что полученные в самом начале ранения заросли. Настал черёд черноризца защищаться. На балахоне уже красовалась пара прорех. А серый призрак подобрался поближе, потому как мерцание татуировок несколько стихло. Сказался непомерный расход шакти. В свою очередь, Ульяна совсем не чувствовала усталости. Впервые девушка наслаждалась боем. Сердце ожесточилось и пело. Она попросту не имела права проигрывать.
— Если не одолею даже некроманта, не стоит и заикаться о вызове высшим сущностям, — примерно такая мысль витала в головке у разошедшейся Несмеяны. Впрочем размахивать ножиком данные думы не мешали.