— Я военнослужащая и не могу подчиняться кому-то другому, кроме имперского командования, — возразила девушка. — Подобное заявление чревато изменой и трибуналом.

— В вашем мире, да, — согласился доктор. — Но здесь? Как можно быть верным тому, чего не существует, химере?

— Это здесь Империи не существует, — упрямо мотнула головой вольноопределяющаяся. — А у нас вы не существуете.

— Катя, в договоре несложно сделать приписку, что ты остаешься гражданкой Империи. Правильно, Максим Леонидович? — спросил я. — Будем реалистами — мы сейчас можем придумывать чего угодно, но если Екатерина вернется домой, то ее договор с нами будет иметь ничтожную силу. Это обстоятельство можно зафиксировать в документе и в видеофайле с ее согласием.

— Можно, — подумав, согласился Торбышев. — В конечном итоге мы все уходим из этого мира. Каждый в свой срок. И это считается основанием для расторжения любых договоров и обязательств. Но пока ты выходишь на Дорогу и возвращаешься обратно в питомник, ты будешь выполнять мои приказы! Обещаешь, госпожа Матвеева⁈

— Так точно! — подумав, кивнула Катя. — Обещаю.

— Хорошо, — потер руки Максим Леонидович. — Знаешь, Ваня, я нашей гостье из будущего верю. Она действительно попала на Дорогу из некой Империи. Чужое оружие и форма говорят сами за себя. Кроме того, едва очнувшись так сыграть человека из другого мира не получится. Стало быть, ты мне не врал хотя бы в этом. Поэтому я дам кредит доверия вам обоим, — скептически ухмыльнулся Торбышев. — Но сделаю это не безвозмездно. Я пошлю тебя с ним на Дорогу, вольноопределяющаяся Матвеева, — продолжил доктор. — Как ты и хотела. Естественно, только после того как ты подпишешь договор с нашим центром. Но взамен я хотел бы увидеть от вас двоих конкретный результат. Раз уж у нас в питомнике теперь есть специалист по Империи, добудьте мне с Дороги что-нибудь по-настоящему новенькое. Лучше всего что-то сделанное по внеземным технологиям, которые вам подарили киннеры. И не пытайтесь отделаться ерундой вроде автомата. Впрочем, это и в ваших интересах, — назидательно добавил доктор. — Пока вы эффективны, руководство питомника будет вам помогать и сможет защитить от любых попыток забрать вас отсюда. А заодно постарается выполнить ваши пожелания, в рамках разумного, конечно.

— Поможем друг другу, — ухмыльнулся я. — Как будто у нас есть выбор…

— Именно так, — кивнул Торбышев. — Вот что, молодые люди: я понимаю, что Дорога полна опасностей и таскать с нее вещи в наш мир — не яблоки из заброшенного сада воровать. Поэтому я дам вам три недели сроку, на это моего авторитета хватит. Если за это время ваши походы закончатся неудачей, то не обессудьте, вашу судьбу в таком случае будут решать другие люди. Надеюсь, мы друг друга поняли?