— Любой на моём месте стоял бы до конца, — ответил я и, подумав, добавил. — Любой светлейший.

— Отец гордился бы вами, Даниил, — сказал Игорь Изяславич.

— Мы даже вчетвером еле устояли, — напомнил Владимир. — Мор очень много. Мы потеряли пятнадцать дружинников. Нужна подмога, соседей надо звать или князя просить прислать войско.

— Да, без помощи нам не обойтись, — согласился Игорь Изяславич. — Я напишу письмо моему брату: пускай весь клан собирает. А к князю... Какому князю предлагаешь писать, Ярослав? Их же теперь у нас два. И скорее всего, обоим сейчас не до нас.

— А что случилось? — спросил я. — Почему два князя? Что произошло в моё отсутствие?

— Братья ваши поссорились, — объяснил Игорь Изяславич. — Вячеслав обвинил Гостомысла в том, что тот Святополка отравил. Требует казнить Гостомысла, а сам хочет стать главой клана. Уехал в свои владения и пытается бояр склонить на свою сторону. Так что, Даниил, ваши братья междоусобицей заняты в столь трудный час, и нам только на себя остаётся теперь полагаться.

— Мой брат убил отца? — удивился я.

— Этого никто не знает. Может быть, и не убивал он. Надо бы царю челобитную писать, просить разобраться, а то и до войны дойти может. Мы и сами в трудной ситуации. Ведь как получается? Одному присягнёшь, а он — убийцей окажется, другому — а тот клеветник... И попробуй пойми, — печально закончил Игорь Изяславич.

Происходящее в княжестве вызывало у меня всё больше недоумения. Оно никак не стыковалось с теми обрывками информации, которыми я обладал. В последнем сне-воспоминании слуга говорил Даниилу о какой-то встрече. Якобы, Гостомысл заподозрил, что кто-то хочет отца убить и созывает братьев, чтобы сообщить им об измене. А теперь оказывается, что он сам батю порешил? Или средний его всё же оклеветал?

— Ну а вы, Даниил, доколе думаете скитаться? — спросил Игорь Изяславич после паузы. — Кому свои владения оставите, которые вам батюшка завещал?

— Я про смерть батюшки недавно узнал, — ответил я. — Сюда новости долго доходят. Подумаю, как быть.

Мысль показалась интересной. Если мне действительно завещали какие-то владения, можно попробовать их получить. Вопрос лишь в том, захотят ли братья делиться со мной? Если именно они меня пытались убить, попытаются снова, когда вернусь. Как я понял, они считали меня незаконнорожденным, и в их глазах я не имел прав на наследство. И всё же я отметил эту цель на будущее. Почему бы и не попытаться?

Тем более меня раскрыли, как раскрыли и чары, которыми я теперь владел. И ведь Малютины даже не удивились моим способностям: как будто, так и должно быть. Может, всё-таки в ледяных чарах нет ничего особенного, и они тут распространены так же, как и все остальные? Что ж, это было мне даже на руку. А вот то, каким образом, у меня эти чары появились, следовало держать в тайне.