Часть IV. Глава 29
Небо на востоке едва начало светлеть, когда наш отряд выехал из высоких кованых ворот на заметённую снегом улицу.
К утру ветер стих. Тучи уползали на север, предвещая ясную погоду, но мороз крепчал. Сегодня было особенно холодно, даже я это чувствовал, не говоря о моих спутниках, закутанных в плащи по самые глаза. Зима сковала мир морозными цепями, город застыл в суровом снежном плену, и только пар изо ртов людей и лошадей, да дым из труб напоминали о том, что в этом белом царстве ещё теплится жизнь.
Мы ехали за город — туда, где нанятые Петром сноходцы откроют для нас брешь. Они и сам Пётр ждали нас на склоне холма к востоку от Ярска, в месте, скрытом от посторонних глаз.
Состав наш был почти тот же, что и вчера во время разведки: я, Дарья, Иван, Игорь Изяславич и оба Черемских. Но теперь к нам присоединились мой дядя Андрей Святославич и здоровый лысый сотник Гордей. Дружины у нас тоже стало побольше: десять бойцов из клана Малютиных и пятнадцать людей Верхнепольских. Но, как и вчера, простые дружинники должны были остаться в Яви.
Вооружились мы, как обычно: светлейшие — пистолетами и палашами, остальных при себе имели ещё и ружья. У каждого, кто намеревался идти в Сон, с собой через плечо висела кожаная сумка, где лежали не только бумажные патроны, но и продовольствие на два дня — это максимальный срок, который мы планировали находиться во Сне. От нас всего лишь требовалось добраться до северной части города, найти уцелевших людей и отвести их обратно к бреши — дело плёвое, если бы не одного «но»: мы не знали, что нас ожидает на улицах и хватит ли у нас сил пробиться сквозь существ, заполнивших Сон.
Ехали молча, только Игорь Изяславич и Андрей, которые возглавляли колонну, порой о чём-то переговаривались. Остальным было не до болтовни. Дарья на этот раз скакала рядом со мной, но пока не добрались до городской окраины, мы даже словом не обмолвились.
Но вот мы проехали под аркой над главной улицей, оставили позади ещё несколько каменных домиков и оказались за пределами города. Теперь вдоль дороги толпились избы, а за высокими деревянными воротами надрывались собаки, почуяв посторонних. А я смотрел на дома, на людей, которые жались к обочине, пропуская знатных господ, и кланялись нам, и меня одолевала тревога. Я словно прощаюсь с этим местом. Больше всего сейчас хотелось одного: чтобы наш поход поскорее закончился, и мы вернулись в тёплый уютный особняк.
— Как спалось? — спросил я у Дарьи, чтобы хоть немного отвлечься от тревожных мыслей.
— Хорошо. Только голова болит после вчерашнего, — ответила девушка.