Пётр всё-таки поддался уговорам. Мы нашли открытый дом, отнесли туда Василия Васильевича и оставили на кровати на втором этаже. После чего двинулись дальше. До базарной площади было совсем близко.

Мы ждали повторной атаки. Оставшиеся в живых крылатые моры теперь кружили в небе на расстоянии, недосягаемом для нашей магии, тварям хватало ума не приближаться к нам, и мы без проблем добрались до рыночной площади.

И тут мы увидели, что случилось с жителями. Всё произошло именно так, как и предполагал Игорь Изяславич. Несколько кварталов каким-то образом переместились в Сон, а аналогичный участок Сна оказался в Яви. Люди, находившиеся в тот момент на улицах и в своих домах, тоже попали сюда.

Мы шли по мощёной дороге, повсюду валялись припорошенные снегом трупы, двери домов были распахнуты настежь или выломаны. Мы осмотрели несколько тел: они имели колотые или рубленые раны. Всё выглядело так, словно бойню устроили люди, а не моры. Заметили это и остальные.

— Любопытно, — задумчиво проговорил Андрей, переворачивая сапогом закоченевший труп женщины, проткнутой насквозь копьём. — Больше похоже на нашествие вражеской армии. Спланированное, организованное нападение, а не стихийный налёт диких тварей.

— Это сделали крылатые? — спросил Пётр, смахивая снег с трупа, лежащего рядом. Он искал своих.

— Возможно, — ответил Андрей, разглядывая мёртвое тело. — Но не похоже. Судя по ране, удар копьём нанесён снизу вверх, а не сверху вниз. Значит, били не с воздуха. Что-то мне подсказывает, нас ждут сюрпризы.

Дверь дома Воронцовых была выломана, а окна — разбиты. На первом этаже — несколько убитых: две женщины, один мужчина и один мальчик-подросток. Судя по одежде — слуги. В кабинете на втором этаже на пропитанном кровью ковре лежал мужчина, одетый в бархатный кафтан. Игорь Изяславич узнал покойного: это был отец семейства. Других Воронцовых мы не обнаружили. Мебель и прочие вещи налётчики почти не тронули, словно грабёж их не интересовал.

Дом Черемских находился неподалёку. Это был двухэтажный особняк с мезонином. Крыльцо выходило на улицу, над ним свешивался балкончик с витыми перилами. У входа нас встретили два гранитных льва. За особняком имелся сад, огороженный решётчатым забором. В отличие от большинства соседних домов, дверь жилища Черемских была закрыта, а окна — заколочены изнутри.

— Они забаррикадировались, — догадался Андрей. — Там кто-то есть.

Мы поднялись на крыльцо, и Игорь Изяславич постучал в дверь. Нам никто не ответил, и боярин повторил попытку.

— Странно, — он отошёл и стал осматривать окна второго этажа. — Бьюсь об заклад, что там есть люди. Не померли же они за два дня?