— Отлично, — усмехнулся я. — Куплю на ваши пожертвования дуб.

— Дуб? Что это?

— Сорт дерева. Очень твердый. Практически, непрошибаемый.

— Обязательно пришлите мне фото. Стану показывать свое дерево друзьям.

— Понадобится много лет, чтоб разослать изображения всем, кто счел необходимым помочь сохранить последний лес, — блеснула глазами журналистка. — Добавлю вас в очередь, сенатор.

— А вы, девушка? Не желали бы вы, например, завтра вечером…

— Дочь? — вклинился в разговор Арчибальд Лукошин. Откуда он только взялся? Только что же его рядом не было. — Нам пора. Полковник. Мадам. Сенатор.

Лилу перецепилась на локоть отца, и через минуту они уже скрылись в толпе.

— Так она отпрыск нашего Арчибальда? — словно в задумчивости выговорил Стерлинг. — Я постоянно предостерегаю всех о засилье крупных корпораций… Если ничего не менять, вскоре мы обнаружим, что все вокруг принадлежит им. Вы так не считаете, полковник?

— Не думаю, что это возможно в Федерации, — покачал головой я. Просто прекратить эту ненужную беседу, развернуться и уйти не позволяла гордость. Уж очень это напоминало бы банальное бегство. — Управляющий зорко следит за…

— Управляющий, — выплюнул сенатор. — Можно подумать, он везде, и все видит. Умные люди давно научились тому, как избежать его внимания. Корпорации водят Управляющего за нос, в это же время, сплетая свои паучьи сети, в которые собираются спеленать всю страну.

— О! Конспирология, — улыбнулась одними губами Хельга. — Обожаю. И каков же их план? Что собираются с нами сделать эти жуткие корпоранты?

Сарказм в голосе Корсак несколько сбил яростный напор «проповедника». Но он все еще пребывал в запале, который не позволял ему остановиться сразу.

— Власть, деточка, — расправил плечи пожилой ловелас. — Все ради власти. Им уже недостаточно больших денег. Теперь они хотят вершить судьбы людей.

— Ой, не нужно лукавить, сенатор, — вяло махнула рукой лейтенант, не перестающая меня удивлять. Кто бы мог подумать, что она посмеет спорить с политическими акулами нашей планеты? Хотя… Хельга — это само олицетворение спора. — Деньги, политика, экономика, вооруженные силы — все это звенья одной цепи. Одно невозможно без другого. Корпорации, ворочающие триллионами талеров, давно уже такие же участники политических игр, как и вы сами, выбранные народом депутаты. Кто оплачивает вашу предвыборную компанию, мистер Стерлинг? Разве эти люди не жаждут власти?

— И все же, — снисходительно взглянул Стерлинг на мою женщину. — Кто бы не вносил пожертвования в мой выборный фонд, они все участники истинной демократии. И ратуют за ее сохранение. Корпорации же жаждут изменений. Олигархия. Вам знаком этот термин?