— Вон оно как… — Марк покачал головой. — Слушай, а почему ты так мало рассказываешь о будущем? Интересно же!

— так ты и не спрашиваешь. — И правильно делаешь, между прочим, ни к чему это. Мы же договорились однажды, забыл? Что нужно — я сам скажу.

— Ну да, ну да… — Он мелко закивал головой, снова сделавшись похожим на птицу, только теперь, скорее, дятла. — А можно я ещё спрошу?

— Снова про будущее?

— Нет, на этот раз про настоящее. Слушай, я всё думаю 0 а мы не зря ушли от посольских вот так, не попрощавшись? Они всё-таки собирались нас прикрывать. Деньгами, опять же, обеспечили бы…

Такого поворота я не ожидал. Но раз уж мой спутник сам об этом заговорил — следовало прояснить вопрос раз и навсегда.

— Спасибо, не нужно нам такого прикрытия. Они в Палестине засветятся, что твои новогодние ёлки, и ни один из людей дяди Яш… сам знаешь кого, к нам и на пушечный выстрел не подойдут. А вот англичане непременно срисуют и их, а вслед за ними, и нас — а это, друг мой, уже серьёзно. А что до денег, то не волнуйся, это не проблема.

— Значит, в пакете что-то было, кроме указаний? — оживился Марк. — Тайник с валютой, может, номер банковского счёта?

Я поморщился.

— Давай без подробностей. И вообще, лучше за Татьяной присмотри. Что-то мне неспокойно, как бы она чего не выкинула…

Марк покачал головой.

— Ты бы с ней поговорил, а? А то она всё пытается быть полезной, а ты каждый раз изобретаешь причину, почему ей надо держаться в стороне и ждать. Конечно, она злится — а ты чего хотел?

— Я хотел, чтобы члены группы соблюдали дисциплину. — я постарался подпустить в голос командного металла. — Пусть каждый занимается своим делом. Её задача — поиск, а наша с тобой — доставить её на место и прикрывать, пока она будет колдовать со своими прутиками и проволочками. Компене ву, мон ами?

— Уи, мон женераль! — с ухмылкой отозвался Марк. — А ты всё же поговори с ней, хорошо?

…Только бунта на корабле мне ещё не хватало! Хотя — мак прав, что-то слишком часто я в последнее время игнорирую Татьяну и слишком уж демонстративно держу её в неведении. Надо, в самом деле, выбрать момент и объясниться. Не стоит доводить девушку до крайности, потом не расхлебаем…

Катер снова заквакал гудком и описал крутую циркуляцию. Слева в скулу его ударила волна, разведённая проходящим мимо большим пароходом, и утлое судёнышко едва не легло на борт. Из рубки, куда скрылся капитан, донеслись замысловатые ругательства на смеси греческого и русского.

— Эй, шеф, полегче нельзя, а? — одной рукой я судорожно вцепился в леер, а другой ухватил за шиворот Марка. Пижонская шерсть его куртки затрещала. — Ещё немного — и утопил бы нас у самой пристани!