— Понимаю, да. Так что по времени и месту? Можно без конкретики.
— По Новой Риге, от Покровского недалеко. Сбор после к восьми, обычно до утра только энтузиасты задерживаются, основная масса часов в десять-одиннадцать по домам разъезжается. Тебя, если надумаешь, откуда забирать?
— Новая Рига? Там, вроде, Маленький Баку построили, как Маленькая Гавана, только дорого-богато. А ты туда на машине, что ли? Там ЗОЖ-формат у мероприятия, сплошь непьющие?
— Про Маленький Баку не знал, интересная параллель. Там нормальные. Всякие. А у меня машина с водителем.
— Тьфу ты, я всё время забываю про новые возможности и условия. А цепочки эти нейронные как быстро нарабатываются? А то мне срочно надо.
— Это надо лекции Черниговской в ютубе посмотреть, она специалист, точно знает. Но, думаю, к вечеру не отрастут. Придется как-то на том, что есть, выезжать.
— Выезжать — это наше всё. Будем посмотреть, как говорится.
Попрощались с Ланевским, который вышел провожать меня на крыльцо, окончательно шокировав тем самым персонал. Ну, или укрепив их в вере, что я — посланец центрального офиса. По крайней мере давешняя Светлана, что провожала меня наверх, улыбалась мне, что называется, «на всю сумму».
Глава 4 Вскрываем карты. Новые реалии
День неожиданных ощущений продолжался. Нервная система, устав, видимо, изумляться, продолжала фиксировать происходящее в каком-то дежурном режиме Скарлетт О’Хары: «Я подумаю об этом завтра». Сидишь на синем сидении бело-голубого вагона. Вагон едет на глубине от 40 до 8 метров под уровнем асфальта со средней скоростью 41,5 км/ч. Ты нечаянно разбогател на до сих пор сложнопредставимую сумму, которая с сегодняшнего дня будет расти при помощи внезапно обнаружившегося представителя древнего дворянского рода, выпускника Оксфорда. Вечером я зван на бал Сатаны, или светский раут. Как там это мероприятие будет выглядеть — ума не приложу. Если по каждому поводу задумываться и близко к сердцу все принимать — никакого здоровья не хватит. Вот поэтому подумаю завтра.
Машина нагрелась на солнце, хотя ставил в теньке. Солнце закономерно двигалось с востока на запад, тень от тополя в соответствии с законами физики переместилась и подставила крышу и борт под прямые лучи. Я прогрел двигатель при открытой водительской двери, потому включил кондиционер и хлопнул дверью, отойдя в тень с сигареткой.
Наступал столичный вечер. Ветер ослаб и спустился с деревьев на тротуары и дороги, шевеля и перемешивая пыль и облака выхлопных газов. Скоро народ потянется с работ по домам, на дорогах станет не пробиться. Навигатор уже показывал, что через центр я буду ехать дольше, чем по МКАДу. Ладно, по кольцу — так по кольцу. Не знаю как других участников дорожного движения, а меня езда как-то успокаивала. Если никуда не торопиться и, соответственно, не опаздывать, если датчик топлива не моргает тревожно желтым, если музыка и в идеале — свежий ветерок в окно. Москва далека от идеала в этом плане, конечно. На кольцевой я занял свой любимый второй слева ряд. Тут и сильно спешащих пропускать не нужно постоянно, и в фуру не упрешься перед каким-нибудь съездом. Радио порадовало очередным кавером на Элли Голдвинг. Многим не нравятся переделанные песни — вроде как сам сочинить не смог и перепел чужую, что в этом хорошего? Мне — нормально. В исполнении новых артистов старые песни звучат по-другому, причем иногда даже выигрышнее, чем в оригинале. Нечасто, но попадаются удачные варианты. Этот был вполне удачным, на мой взгляд. Ироничный Ричард Чизи исполнил человеконенавистническую композицию ансамбля Слипкнот. Для неспешного движения по замкнутому кругу среди прочих, не всегда ловких, автолюбителей — вполне себе подходящий аудиоряд.