Я отнес пятый том Булгакова на полку, поставил на то место, откуда взял, а вернувшись увидел, что мой собеседник исчез. Зато от пляжного бара ко мне быстрым шагом спешил Серега с крайне озабоченным лицом. Я было даже подрастерялся — вроде, ничего лишнего не делал, безобразий не нарушал, сидел себе, книжку читал. Про клуб тоже никому ничего не говорил. Покер фейс только не всегда хранить получалось — но я честно старался.
Глава 7 Что это было? Новые вводные
— О чем вы так долго беседовали со Второвым? — с разбегу выдохнул лорд. А я только сейчас понял, что фамилии Михаила Ивановича не знал.
— Да как-то ни о чем особо — о книгах, о походах, — недоуменно ответил я, слегка опешив от такого напора банкира, обычно спокойного, как Биг Бен.
— О каких походах, Дима⁈ Ты в своем уме? — успокаиваться Серега явно не собирался.
— А кто этот мощный старик? Гигант мысли, отец русской демократии? — я был уверен, что Ильф с Петровым слегка подуспокоят разошедшегося Ланевского, но ни разу не угадал. В его глазах пробудился какой-то первобытный ужас, и он только что рот мне ладонью не зажал.
— Так, давай-ка прогуляемся до бара. Надо присесть и выпить. Наверное, даже не раз, — он говорил отрывисто, явно нервничая.
Мы направились в сторону бара возле бассейна, недалеко от ворот. Там как раз было полно свободных мест — за одним столиком сидела пожилая пара, за другим солидного вида гражданин. Буквально в пяти метрах от цели к нам спешно подошел мужчина явно за сорок, одетый, как и все здесь, в стиле «летний кэжуал»: легкие туфли мягкой кожи, льняные светлые брюки и белая рубашка-поло. Но, судя по лицу и осанке, ему из одежды значительно лучше подошел бы кабинет с дубовыми панелями, стол с зеленым сукном и китель шерстяной парадный иссиня-черного цвета с погонами. По моему твердому убеждению, звезд на погонах должно было быть три. Он пожал протянутую Серегой руку и повернулся ко мне.
— Здравия желаю, товарищ полковник! — ни к селу, ни к городу ляпнул я. Ланевский дернулся, как от удара и вытаращился на меня так, как будто я затянул арию «Смейся, паяц» на поминках. Или в детском саду во время тихого часа.
— И Вам доброго здравия, Дмитрий Михайлович, — с выдержкой у товарища было все в порядке, как им и полагается, — мы знакомы?
— Нет пока, но, полагаю, можем это исправить? — до меня начало доходить, что шутка не совсем получилась. Хотя, судя по лицу Сереги, не получилась она абсолютно.
— Петров, Николай Петрович. Со званием Вы угадали. Или знали? Откуда, если не секрет, информация? — еще один на мою голову сегодня, с приветливой улыбкой, в которой опять не задействованы глаза.