— Здравствуй, уважаемый. Я Робин Игнатов, купец с далекого острова, расположенного за побережьем, а это мой помощник, Хонда Мазда Мерседес. Прости меня за ошибки в словах, наши языки сильно различаются, мы еще здесь не освоились.

Важно кивнув, мужчина степенно представился:

— Я Стабр Герн Акварн, старший азат. Рад вас приветствовать в деревне Нимра. Вы просто идете мимо или у вас к нам какое дело?

— Мы бы хотели поторговать и поговорить о важных вещах.

— Негоже мужчинам говорить на улице, радуя женские уши. Сейчас вас хорошо покормят, проведут в натопленную баню, женщины почистят вашу одежду, вечером соберутся все азаты, мы поговорим, потом будет большой ужин.

Объявив гостям программу встречи, Стабр отдал женщинам несколько коротких распоряжений, те подхватили гостей, провели по первым двум пунктам. Затем наступило время встречи. Она протекала в самой большой хижине, здесь, кроме Стабра, собрались четверо младших азатов, старший охотник и имин. Усадив гостей, Стабр чинно представил своих сородичей, а тем назвал их имена, слегка запутавшись в мудреных словах. Затем началась беседа.

— Уважаемые, — почтительно произнес Стабр, — мы впервые видим здесь купцов, нам очень интересно, как же вы сюда попали.

— Мы наслышаны о ваших землях, и наши азаты послали нас основать укрепленную деревню на Большом озере. Тогда мы сможем торговать с вами круглый год. Наш путь сюда был долог и полон великих опасностей, мы прошли ужасные бури, страшных чудовищ, а на Большом озере на нас напало великое множество хафидов. Мы отбились, но когда разгрузили свои товары, они напали вновь. Мы снова отбились, но сгорели наши корабли, осталось только несколько небольших лодок.

Все взволнованно загалдели, а старший охотник поспешил высказаться, снисходительно объяснив гостям, насколько они невежественны:

— Вы действительно прибыли издалека. Все купцы знают — только два раза в году можно дойти до Большого озера без риска. Дикари-хафиды проповедуют грязный культ мерхов. По их вере, Унль сотворил мир и долго жил один, затем ему стало грустно, он овладел сам собой и родил Менля, после чего умер. Тот населил мир живыми тварями и тоже овладел сам собой, после чего опять родил Унля. Во время праздников Унля и Мерля хафиды ни на кого не нападают, они с немыслимой гнусностью веселятся в своих болотах.

Языковые познания позволили Хонде уловить общую суть религиозной доктрины дикарей. Представив, что за церемонии творятся на их праздниках, он не сдержал улыбки. Охотник осекся, глянул на него с нескрываемым возмущением, холодным тоном поинтересовался: