Выход был и у него. Нужное ему создание преодолело немыслимый лабиринт развилок, оно уже рядом, но все еще далеко. Завтра путь его снова разветвляется, возможность может потеряться навсегда, но Хранитель знал: этого не произойдет, ведь он сам помог собрать игрушки. Однако даже это знание не могло преодолеть скуку и отчаяние, терпеть ленивый ход времени становилось все труднее и труднее, ведь созревший замысел сиял перед его взором во всей своей первозданной красе и требовал немедленного воплощения.
Крошечный чистильщик скатился на пол из какой-то сырой щели в стене. Глаз зверька сиял диким восторгом, он увидел Бога! Запищав от радости, нур бросился к Хранителю и потрясенно замер, глядя, как огромный глаз рождает слезу. Налившись влагой, она сорвалась вниз, упала в Колодец, медленно опустилась на дно, застывая блестящей риалой.
Опешивший нур оглядел стены, скрытые порослью плесени, гроздья грибов, высыпавшие на потолке, кучи гнили во всех углах зала. Зверек застонал — ему никогда не справится в одиночку с таким запустением. Сев возле головы Бога, он горько заплакал, разделяя его печаль.
Глава 9
Робин стоял на стене немного левее от надвратной башни. Он смотрел, как враги готовятся к штурму. Спешенные воины выстраивались колоннами, перед ними толпились ополченцы с лестницами, их прикрывали нуры с огромными щитами, в эту же линию становились охотники и ополченцы с пращами. Осадные машины уже медленно ползли вперед.
В Ноттингеме никто не бил тревогу, все заняли свои места с рассветом. Люди не завтракали, мало кто мог сейчас думать о еде, да и на полный желудок тяжело переносятся раны в живот. Все надели чистую, белую одежду, на которой санитарки легко увидят кровь и по ней найдут опасные раны. Каждый защитник получил по чаше с вином, успокаивая тревогу и заодно причащаясь, возможно, в последний раз. Утро было довольно морозное, но никто не мерз, все стояли молча, делать им было уже нечего, все приготовления давно закончены.
Затрещали механизмы камнеметов, давая первый залп. Робин с сожалением проследил за его почти нулевыми результатами. На одной осадной башне оторвало колесо, но деловитая обслуга кинулась исправлять повреждение, ясно было, что не пройдет и часа, как машина вновь двинется вперед. Развернувшись, вождь прошел в башню, спустился вниз.
— Ну как? — тревожно спросила Сата.
— Нормально, — улыбнулся Робин. — Мы повредили одну машину.
— А можно мне посмотреть?
— Нет, милая, я же запретил тебе выглядывать отсюда. Твоя задача — раненые, только ты можешь спасти многие жизни.