Богиня! Одуван влюбился сразу и бесповоротно, обещав себе не только приложить максимум усилий, чтобы с ней познакомиться, но и все время танцевать с красоткой.

Он не помнил, ни что купил в буфете, ни куда делся Мажор, ни момента начала программы — всюду следовал за блондинкой, как болонка на привязи, боясь ее упустить. Девушка танцевала — Одуван отжигал рядом. Девушка садилась на ступени перевести дух — Спицын ошивался поблизости. Когда заиграла медленная мелодия, он был первым, кто пригласил красотку — желающие были, да еще сколько, но он всех обставил.

Так повторилось несколько раз.

Во время первого танца Одуван молчал как рыба — непонятная робость скрутила язык узлом. Во время второго он что-то пытался мямлить, проклиная себя последними словами за косноязычие. Во время третьего немного осмелел — не получив отказ на очевидное ухаживание, Ваня решил, что все на мази.

— Вы учитесь на филологическом?

Девушка улыбнулась, и от этой улыбки у Одувана что-то екнуло в груди.

— Нет, я «истеричка».

— Никогда бы не поверил, — затряс шевелюрой Одуван.

Богиня изволила смеяться:

— Вы не поняли шутку. Учусь на историческом. В ДСВ не только филологи, все гуманитарии живут.

Ваня не нашелся с ответом.

«Черт возьми, — подумал он. — Нужно срочно ей доказать, что я не лишен юмора».

— Вы так мило смущаетесь, — слегка поддела его блондинка.

«Меня призывают быть поживее? — засомневался Одуван. — Нужно что-то придумать, чтобы сигнал показал уверенный прием, а уж потом переходить к активным действиям».

Песня закончилась.

Он проводил красотку к ступеням и галантно помог усесться. Богиня ни разу не показала, что ей неприятны знаки внимания со стороны Одувана, но неуверенность, этот бич молодых натур, мешала развить успех.

«Ведешь себя как мямля. Даже имя не спросил», — он пообещал себе немедленно исправить эту оплошность. Но в голову пришла идея получше. Он рванул на сцену.

Дзо нес какую-то пургу в микрофон:

— Наша цель — пробудить в этой толпе черствых душ лучшие чувства, сиречь любовь, — и отставив в сторону микрофон, шепнул Одувану на ухо: — О, кажется, вот та блондинка заслуживает моего внимания.

— «Черный», ты опоздал, на девушку уже я глаз положил. И поднялся к тебе с просьбой объявить «белый танец». Он нас рассудит.

— Ди-джеев не приглашают, — нахмурился комиссар Дзо Па, — Нечестно играешь.

— Это не игра. Объяви. По-братски прошу. И тебя, председатель Мэй.

— Сделаю, — пообещал «белый».

Одуван спрыгнул со сцены и рванул в круг, где плясала богиня, лихо встряхивая белокурыми прядями.

Через пару песен Дзо неохотно, как показалось Одувану, объявил «белый танец».