— Ну-у-у, — протянул Сергеич, убирая флягу. — Полтора дня. Нормально. Я за полтора дня однажды ванную комнату выложил плиткой, проводку по новой провел и еще тещу из аэропорта забрал, поссорился с ней и отправил назад. Справимся.
Голос подал до того молчавший Дак:
— Командир, вы все прибавили по несколько уровней. Все, кто убивал НЕХ. Мы с Вечным были здесь и не получили ничего, хотя могли бы пригодиться и помочь. Считаю это несправедливым. Мы не получили возможность развиться!
Вечный кивнул и добавил:
— Уверен, Ден не допустит несправедливости.
Я сказал:
— Вокруг полно бездушных, они ваши, ну и каждый, кто достойно пережил осаду, заслужил вознаграждение…
Меня прервала распахнувшаяся дверь.
— Эдрик! — крикнула Элеонора то ли радостно, но ли испуганно, и мои челюсти и кулаки сжались сами собой. — Два процента! Есть динамика!
— Да-а-а! — заорала Вика.
Наша валькирия подхватила хрупкую и маленькую Элеонору и закружила.
Радоваться, конечно, рано, но теперь у нас появилась надежда, что парень выживет.
Глава 11 Я слышал, что тебе предложили жнецы
Главный вопрос по рапторианцу мы решили, потому костяк клана — те, кто был со мной с самого начала и хорошо знал Эдрика: Лиза, Макс, Сергеич, Рамиз — подорвались с мест и рванули в медблок, чтобы увидеть чудесное исцеление своими глазами. Павел Копченов тоже пошел с нами.
В состоянии Эдрика ничего не изменилось, кроме «активности», которая, пока мы ликовали, увеличилась до 2,5%. Крош, лежащий на стекле реанимационной капсулы, увидев нас, потянулся и зевнул. Мы обступили реанимационный модуль, напоминавший те, что показывают в фантастических фильмах: капсула, заполненная прозрачной жидкостью, а в ней раненый в анабиозе.
К чудовищной ране тянулись трубки, заполненные разными жидкостями… Нет, одна трубка была заполнена красным — велась откачка крови и обломков костей. Саму рану обрабатывало нечто ворсинчатое, похожее на сильно увеличенную инфузорию-туфельку: висело над раной и шевелило ворсинками.
Элеонора положила руку на стекло и улыбнулась.
— «Активности», конечно, очень мало, зато теперь у нас есть надежда.
— Как работает капсула? — спросил жадный до знаний Макс и указал на инфузорию. — Это вот что?
— Не написано, это инопланетные технологии, — пожав плечами, ответила Элеонора. — Ясно одно: капсула поддерживает процессы жизнедеятельности на должном уровне. Как бывает при таких травмах, у парня развилась полиорганная недостаточность, сейчас все показатели в норме, и он медленно восстанавливается.
Рихтер, который был тут все это время и на собрании не присутствовал, обнадеживать нас не стал: