— Пары, — пожаловался я. — Извини.

— Это твоё время, — пожала плечами Брукс. — При любых раскладах осталось пятьдесят минут.

— Я понял. Куда сейчас?

— Яма.

Брукс растворилась в нужном портале.

Я последовал за ней.

Пять дверей, преимущественно зелёные лампочки. Распределитель для ям, в которых тренируются канцеляристы. Брукс, не задумываясь, выбрала ближайшую дверь, разблокировала кодовый замок и впустила меня внутрь.

— Чем сегодня займёмся?

Вспыхнули лампы, вмурованные в железобетонный купол.

Активировалась артефакторика.

— Контролем времени, — сказала Брукс, двинувшись к центру ямы.

Я успел подготовиться к любым неожиданностям. Восстановил запас сил, исцелил синяки и ссадины, подкрепился и настроился на взбучку.

— Что ты имеешь в виду? — делаю пару шагов и останавливаюсь.

— Проценты. Ты должен понимать, с какой скоростью движется противник. И как сильно придётся замедлить хронопоток, чтобы выйти победителем.

Ким развернулась лицом ко мне.

— Макс, ты должен понять некоторые фундаментальные вещи.

Выдвинулись менгиры.

Соткался пепельно-серый купол.

— Первое. — Девушка подняла вверх указательный палец. — Хронопоток замедляется на крохотной локации. Десять метров. Иногда двадцать. Редко — километр. Внешнему наблюдателю будет казаться, что твои оппоненты застыли. Тебе будет казаться то же самое. Это нормально, ведь ты не отличаешься от наблюдателя. Вы оба «сохранились» в привычном континууме.

— А когда я перемещаюсь...

— Зона искажённого времени сдвигается вместе с тобой, — кивнула инструкторша.

— Пули работают, — заметил я.

— Конечно, — хмыкнула Брукс. — Любой предмет, на который ты оказываешь влияние в данную секунду, выпадает из замедленного хронопотока. Воздействуя на спусковой механизм пистолета, ты влияешь на пулю. Усаживаясь за руль автомобиля, выдёргиваешь в привычную реальность автомобиль. Когда убиваешь человека, органы повреждаются ствоей скоростью.

— А как вычислить процент замедления?

— Никак. Ты не компьютер и не калькулятор. Поэтому нужно использовать своего врага в качестве точки отсчёта. Прикинуть, как он двигается. Запомнить этот ритм. И откатить хронопоток наполовину. Это пятьдесят процентов. Притормаживание в четыре раза — это двадцать пять процентов. Чем больше практики, тем точнее будешь прикидывать.

— Враг может нарочно замедляться.

— Да. Таково искусство войны.

Кивнув, я размял шею:

— Начнём?

Вместо ответа Брукс скользнула в мою сторону. Последовала серия ударов руками и ногами. Блоки, перехваты. Сначала — на приемлемой скорости. Затем — на запредельной для меня нынешнего. Пропустив двойку в корпус, я сумел достать Ким лоукиком и прямым в голову, но девушку даже не повело. В ответ мне прилетело локтем в челюсть и костяшками пальцев в живот.