Село славилось своим базаром. Хоть и небольшой, но торговало там прилично народу. И торговали сплошь хорошим товаром. Про овощи, соленья, варенья, закатанные грибы, и разговора нет — всё завалено. Но приезжали на рынок мужики с Алтая. Привозили мясо, и продавали чуть не в два раза дешевле, чем на городском рынке. Брали у них мясо оптом грузины с городского рынка, целыми тушами, половинами, и четвертинами. Причём алтайцы везли не только говядину и свинину, но и баранину, козлятину, конину, крольчатину, гусятину, что было совсем уже экзотикой для ценителей. Привозили алтайский горный мёд, кедровые орехи, мороженую красную рыбу, тайменя и ленка, редкие краснокнижные травы, вроде Золотого корня.
Да много чего можно было отхватить тут по дешёвке. Таёжные люди привозили товары на колхозных грузовиках. Долго не сидели. Им бы быстрее всё продать, да домой. Времени нет на базаре стоять, в городе жильё снимать, а на деревне домик. Недорого сдали товар перекупам, да домой, за новой партией. Только с этого и жили. В Алтае не было ни промышленных предприятий, ни рудников. Иногда алтайцы здесь покупали ворованный с шахт уголь, и везли обратно, домой, выгодно продавали там. На Алтае угля не было, и стоил он бешеных денег. Топили дровами, всё лето ширкая их, и наширкивая огромные поленницы во весь двор. А тут ведро антрацита или коксующегося засыпал, и горит печка полдня, раскалённая докрасна.
Естественно, такую добычу как рынок, никак не могла упустить местная шпана. Крышевали его местные деревенские говнодавы, и за право торговать на нём требовали определённые деньги. И если со своих, деревенских, дань не брали, то алтайцев доили только в путь — мужики неместные, никого не знают, в мусарню жаловаться не пойдут, потому что продажа на рынке личного мяса, неклеймлённого ветеринарным врачом — преступление с несколькими статьями сразу. Иногда алтайцы чуть не даром отдавали мясо нахальным рэкетменам, и уезжали домой с парой сотен в кармане, хотя привозили на тысячи. Однако ездили всё равно, в надежде, что повезёт, и удастся быстро сбросить мяско — город большой, на прокорм трудящихся много надо. Где в сельском небогатом Алтае продать натурпродукт? Этого мяса у каждого во дворе как у дурака махорки…
Вот и сейчас… У рынка стола старенькая ВАЗовская шестёрка, в которой сидели двое деревенских отморозков, зорко наблюдая за тем, что происходит на пятаке. Понятное дело, что это были не блатные, а так… Шелупонь местного разлива.
Крутым тут был Слонов, секретарь горкома КПСС, давно прибравший к рукам совхоз «Еловский» с помощью кооператива, записанного на брата. Через торгово-производственный кооператив «Сельский молочник» реализовывалась вся продукция совхоза, в основном состоящая из молока, отправляемого на гормолзавод. Деньги за проданное шли на счёт кооператива, крохи возвращались в совхоз. Да и вообще — фермы, дойки, машинно-тракторный двор, давно уже были взяты у совхоза в аренду с правом выкупа, и выкуплены кооперативом досрочно, по остаточной стоимости 3 тысячи рублей. А сейчас совхоз платил арендную плату кооперативу за свои же строения, ещё совсем недавно бывшие в собственности.