Вадим между тем успешно допил очередную рюмку и, шатаясь, встал из-за стола. Неверными шагами направился к балкону:

— Я отлить, — сообщил он во всеуслышание.

Свекровь и гости вскочили со своих мест:

— Эй, эй, тебе не туда! — заверещали они на все лады. — Отлить — это в другую сторону, туда!

Парень в очках и белой рубашке потащил Вадима в туалет.

Мне хотелось провалиться в квартиру ниже этажом от стыда. Ну, почему, почему все люди, как люди — пьют, пляшут, ведут беседы, знают край и не падают? И только супруг Альбины такой позорник? Может, он притворяется, может, специально так делает, чтобы нервы другим потрепать? Да быть такого не может, я же видела его мутные глаза, ничего не видящие.

— Почему он такой? — спросила я у свекрови, расстроенно раскачивающейся на стуле. — У него были в детстве травмы головы?

— Да кто его знает? — с самым невинным видом пробормотала она.

Мать — и не знает, были ли у ее сына травмы? Все она знает! Наверняка била его по башке, а теперь невинную козочку из себя изображает.

Я встретилась рассерженным взглядом с Андреем.

— Вадим в пятнадцать лет уехал учиться на тракториста в Чугуевку… — тихо сказал он.

— Куда? — я не могла скрыть своего изумления. Из города поехать учиться в глухую деревню? Какая ж это нужда, интересно, заставила? У меня появилось еще больше претензий к горе-мамаше. Не понимаю, как можно в пятнадцать лет отпустить собственного ребенка к черту на кулички?

— Ну, а там, в деревне, правило было такое: новенького парня сначала избить всей толпой, а потом подружиться, — продолжал Андрей.

Меня передернуло: это что еще за дикость?

— Другие пацаны убегали, если видели, что к ним толпа подбирается, а Вадим решил принять бой, — закончил свой рассказ Андрей. — С тех пор у него вмятина на черепе.

Я с негодованием повернулась к свекрови:

— Да как вы пятнадцатилетнего пацана туда отпустили?

— Он сам уехал, — быстро сказала она, — я его не гнала.

— Просто в тот момент мама вышла замуж, — объяснил Андрей, — и отчим во время обеда стоял за нашими спинами и выговаривал: «А вы знаете, сколько это стоит? А вы знаете, как все это зарабатывается?». Вечно считал свои расходы на нас, чужих детей. Я терпел молча, а Вадим — нет. Нашел объявление о наборе в Чугуевское ПТУ и уехал. Лишь бы не объедать отчима.

Вот так, мама была занята устройством личной жизни, а на ребенка плевать!

Парень в очках привел из туалета Вадима — взлохмаченного, ширинка не застегнута, — и усадил на диван.

Я встала.

— Идем домой! — потрясла я Вадима за плечо.

— А я хочу еще выпить, — заплетающимся языком ответил он и потянулся к бутылке. — Никуда не пойду!