— Ты на новое место придешь, старайся поменьше говорить да побольше слушать, — посоветовал он, — и вообще для начала осмотрись. Пойми, что да как там у них устроено, как лучше себя вести, чтобы к ним влиться. Если станция большая, то скорее всего, в смене не один кассир работает, а несколько.

— Конечно, сначала осмотрюсь, изучу их порядки, — согласилась я.

— А что это тебя на учебу потянуло? Проблем мало? — он усмехнулся и наполнил свою рюмку.

Четно говоря, не ожидала такой реакции.

— Так ведь тянусь повыше, — ответила я, — хочу со временем в Управление перебраться.

А что, железная дорога — монополист, во все времена деньги зарабатывает. Насколько я знаю, даже в девяностые у них люди зарплаты получали, перевозки всегда актуальны.

— В Управление? — скептически отозвался дед. — Неужели начальником захотела стать? А знаешь, сколько у начальников ответственности, сколько нервов? Нет, чистые погоны — чистая совесть.

— Да не обязательно начальником, можно просто в отдел какой-нибудь инженером устроиться и сидеть себе спокойно. Чертить да считать — милое дело!

— Не знаю, — дед с сомнением покачал головой, — в отделе ты будешь с восьми до пяти каждый день штаны просиживать. А в кассе, что ни говори, работа сменная и график удобный. Вон Витька с третьего подъезда работал себе таксистом да работал, все хорошо было. Так нет же, направили его в техникум учиться. А как диплом получил — перевели в контору ихнюю. И не понравилось ему! Таксистом он посменно работал и деньги хорошие зашибал. А в конторе один оклад! Собирается назад в таксисты проситься.

— Умеешь же ты разочаровывать, — растерянно пробормотала я.

— А высшее образование, — продолжал кипятиться дед, — думаешь, так просто его получить? Вон Оксанка с пятого этажа, посмотри! Так и мается с высоким давлением. А она-то сразу после школы учиться пошла, со свежими знаниями. Все тянулась за этим высшим образованием, а там так тяжело! Гипертонию себе заработала на всю жизнь.

— А кем она сейчас работает?

— Архитектором в горисполкоме.

— Так это же круто! — восхитилась я. — У нее и зарплата, небось, большая.

— Говорит, триста рублей. Так ты почти столько же в кассе получаешь.

Я решила перевести разговор.

— Слушай, а мы правда сможем у тети Риты в Москве остановиться? Если мы приедем, она нас примет? Просто я выписала льготные билеты на начало июля.

Дед встрепенулся и так резко повернулся на стуле, что деревянные ножки заскрежетали по оргалиту.

— Конечно, примет! Они же сейчас вдвоем с дочкой в трехкомнатной остались, Ленька к теще переехал! Да она постоянно пишет, чтобы приезжали. Говорит, дочка на время к подружке уйдет жить, чтобы нам удобнее было.