— Под любое, — заявила девушка тоном, не терпящим никаких возражений.

И что мне теперь делать, раз нет комбинации? Я расстроилась. Неужели зря сюда ехала через весь город? И как я только две недели проходила без этой чертовой комбинации, и ничего страшного со мной не случилось?

А кстати! Меня аж в жар бросило. Такая штука была на мне в самый первый день попадания, под тем самым колхозным ситцевым платьем! Но я от расстройства даже не задумалась, для чего это было надето.

Девушка бросила на меня жалостливый взгляд:

— Ладно, сниму мерки и так, только платье снимите. Но на примерку чтобы обязательно приехали в комбинации. Тогда форма будет сидеть идеально.

— Хорошо, — облегченно перевела я дух.

Она повязала мне на талию шнурок и принялась последовательно измерять все части тела, попутно записывая их значения в специальную тетрадь.

— Если хотите, могу вам шить повседневную одежду, — предложила девушка во время процедуры.

— Хочу, — ответила я, вспомнив, что ткани продаются в огромном количестве без всяких очередей. И выбор хороший. Можно таким способом спокойно решить проблему пополнения гардероба.

— Меня Инна зовут.

— Очень приятно, меня Альбина. А в какое время лучше к вам приезжать для заказа и примерки?

— А вы мне сначала звоните, я телефон запишу. Всегда договоримся.

— Спасибо. А как быть с тканью — самой выбрать и сюда привезти?

— Нет, сначала мне позвоните и скажите, что именно хотите сшить, — наставительно ответила Инна. — Я вам скажу, какую ткань купить и сколько.

Как замечательно! Надо же, обзавелась портнихой!

Я бережно спрятала в сумочку бумажку с номером Инны.

В половине восьмого вечера я уже была на рабочем месте в кассе станции Угольная. Оказалось, что здесь у каждого кассира был свой график работы. И получалось так, что все трое сидели у своих окошечек лишь в дневное время, когда больше всего пассажиров. Рано утром и поздно вечером было открыто лишь одно окошечко.

Не зная этого, я поначалу задавалась вопросом: а как же мы втроем будем здесь ночевать, если диван для отдыха всего один? Но вскоре я поняла ритм работы этой кассы, и все вопросы отпали. С девяти вечера и до восьми утра я буду здесь одна.

В это дежурство меня насмешил один взъерошенный пассажир. Кто уж его обидел, не знаю. Но он подошел к кассе, положил мелочь на лоток и молча стоял.

— Что вы хотели? — спросила я его.

— Билет! — с вызовом ответил он.

— Понятно, что билет. А до какой станции вам?

— Ну, разве непонятно, до какой станции, если я даю тридцать копеек!

— За тридцать копеек можно уехать в город, а можно совсем в другую сторону, — резонно возразила я.