И вот что ему говорить, блин?! Мечтатель-романтик, а не в натуре граф. Хотя — в рамках его понимания Мира — он просто выбирает наиболее реалистичные объяснения. И поможет, что неплохо, заключил я, развалился на кушетке и стал ждать данных.
26. Бой с колобком
Только я завалился на кушетку: ждать данных от Себа, ну и ду-у-умать, стараясь не выть в голос от сволочизма окружающего мира… Ну, не совсем сволочизма: если бы сволочизм был именно мира, кромешным, то и не выть бы некому было. Так-то тот же Себ — очень помогает. Да и ректор тоже, судя по всему. И Тадеуш. Причём помогают не из каких-то корыстных соображений, а потому что хорошие люди. Ну и потому, что я такой замечательный, отдал я должное и себе. Хотя… Нет, не складывается корыстная кортина: в ближайшей перспективе я вот вообще никак потенциальный «долг» отдать не могу. При этом, вероятность гробануться — на порядки выше, чем у прочих. Спасибо Ульверам придурошным и Его Величеству, «посчитавшему»…
В общем — практически стопроцентно, что просто неплохие люди. Понял я это, но дальше думать не смог — раздался гонг «звонка».
— Так, если что — сразу прибью, вот с ходу, — буркнул я, поднимаясь и беря в руку игольник.
Мордас Себа, показавшийся со второго яруса (он там с библиотечным терминалом шаманил, мне данные компилируя), моё борматание услышал, кивнул и юркнул обратно к терминалу. А я собрался и потопал, реально готовый пальнуть в сволочь, трезвонящую. Потому что та же дурища ульверистая может припереться «враждовать», блондинка стукнутая. Или — ректор обманул, ну и Ульверы в Академии кроме неё ещё есть. Или даже не обманул, а просто гадостно ликовал и средний палец мне показывал: мол «отымеют тебя, Безмолвный! Ха-ха-ха!»
Верится слабо, но учитывая, что от этого моя жизнь зависит, то лучше подумаю мысленно, что дедулька — сволота последняя. Живее буду. А потом мысленно извинюсь, если не так.
Перед дверью сместился, отдал команду на открытие взяв игольник на изготовку и пригнувшись.
— Приветствую, Гален, — прогудел Олаф, с довольно сложной смесью эмоций смотря на меня с игольников.
— Приветствую, Олаф, — разогнулся я, убирая игольник.
И смущаться или ещё что-то такое не стал. Потому что я прав и пофиг на странные взгляды. Хотя если бы меня приятель встретил игольником в лоб… ну я тоже бы немного удивился, признал честный я.
— Ты давал согласие на спарринг, Гален. А поговорить о сроках и прочем — нам не удалось. Хотел у тебя… — начал басить Олаф.
Это он, не акцентируясь в беседе, мой видок оценил, ну и завёл разговор на пороге. В принципе всё внутри кричит послать мускулистого колобка: ну не до него, Гален в опасности, ну и всё такое. Но это — идиотизм. Вот обидется Олаф и скажет — ты Безмолвный, меня оскорбил, будем с тобой всеми Стальными воевать… Такая себе перспективка, хоть и маловероятная. Но с ульверихой придурошной — даже ТАКОЙ бредовой причины нет! А меня уже воюют, ну через сутки с мелочью будут, но уже явно не «вот как мы весело прикольнулись над этим Безмолвным!».