— А мне, как тому кто служит за Инвиктус, даже теоретически такой вариант не подходит, — вслух прикинул я, под одобрительный кивок Себа.
— Может и мне тоже, — вздохнул он.
— Так ты же наследный, с родовым Инвиктусом?
— Дела Рода, — внезапно отрезал парень. — Доброй ночи.
И утопал в свои комнаты. Что-то у него непонятное и не слишком приятное с Инвиктусом, сделал логичный вывод я. Но пытать я его не буду: или сам расскажет, или узнаю, точнее увижу, через месяц.
Поковырялся в терминале, ничего толкового не наковырял. И тоже потопал спать — время позднее.
15. Рассвет учёбы
Озвученная Себом динамика моего пребывания в Академии мне ни черта не нравилась. Звучала, конечно, забавно, но пинать лекторов и мастеров-наставников желания не было никакого. И Магистра Академии — тоже. Я с ним вообще не знаком, за что его пинать-то?
Ну и тот незначительный момент, что отпинать могут меня, да и из Академии попросить — тоже учитывать надо.
Последнее, насчёт «вылететь», всплыло в процессе знакомства с академической сеткой и вопросов Себу. Парень судорожно пытался перестроить режим сна на академический лад, при этом почему-то не пользуясь фармакологией. Что-то ритуально-аристократическое, наверное. Ну или силу воли тренирует, тоже вариант.
Так что время до торжественного парада мы провели в беседах, провели ещё один спарринг (Себ, как я и ожидал, озадачился и стал пытаться понять, что у меня за «стиль», что вообще-то — неплохо). А из апартаментов выбирались только короткими перебежками до столовой, заказывая еду к себе.
Сосед на это затворничество не возражал, высказался: «Учёба начнётся — и так всё увидим».
Копался я в сетке и бардак в организации инфохранилища Академии меня начинала бесить. Я даже ненадолго задумался о своей криворукости или даже криводумности — ну, маловероятное предположение, но всё же. Но оказалось, что не структурированность и отсутствие каталогизации доступного слушателям — чуть ли не легенда Академии, передаваемая в Родах.
Из интересного — сначала Себ подтвердил, а потом я и сам наткнулся на описание «регламента осадного положения», из чего следовало, что белоснежные крылатые статуи с медными пушками — действительно не просто статуи. Это так называемые «мобильные автономные турели», а по сути — боевые роботы-дроны, с довольно высокой автономностью. Параметры многоствольных пушек описывались без деталей, но были. И выходили уровня тяжёлого артиллерийского орудия Звёздного Легиона, при том что каждая пушка имела шесть стволов! Правда решение сделать их съёмными и носимыми была непонятна, до момента когда я наткнулся на описание тактик. Эти крылатые воины могли использовать около десятка типов и видов вооружения.