Мальчик готов был броситься на Прощающие Холмы, но мудрый Матаньян-Юло успел вмешаться. Разговор с Отцом позволил выяснить, что Поук заблуждается. Сын принадлежал ему, просто Поуку еще необходимо было его заслужить у Отца, чего он и сделал, проявив рвение на карьере в первые три лета.

И в качестве закрепления союза двух повздоривших сердец, не прекративших биться в унисон по прошествии стольких одиноких зим, их сына переименовали в честь родительских имен — Поу-Воу.

Прежнее имя мальчика, с которым он бегал в племени уже девятое лето, было дружно забыто. Старое имя в обмен на отца? Поу-Воу обеими руками ухватился за такую неслыханную сделку.

Проснулась его старая мечта — прокатиться на отцовских плечах. Но плечи Поука не держали уже даже сами себя — они опали и скрючились. Земля тянула и влекла к себе его героические кости, жаждая вновь залить в их поры шлак.

Поу-Воу приближался к Кормящей Ладони. Та располагалась достаточно далеко от жилого массива племени — в тесном ущелье, к которому еще нужно было взойти по отлогому склону. Длиннющая вереница старых мужчин и женщин стояли в узком коридоре между скал и ежились от сыплющегося сверху песка и мелкого камня — вместо камешка вполне мог свалиться на голову древесный скорпион. Встречались и помоложе — они сжимали в пальцах поводья от волокуш, на которых скрючились их престарелые родные. Железные мощи требовали личного поклонения от каждого, кто только жаловал к ним за дармовой едой. За прилавком сварливо щурился кухарь, помешивая толстой ручищей тягучее варево в здоровенном бочонке. Прилавок был пристроен к амбару с кукурузным зерном — советники почему-то решили, что зерну лучше храниться в тени ущелья, а не под солнцем, как неоднократно рекомендовал им кравчий Котори, дабы избежать излишней влаги и размножения мелких вредителей. Но в совете решили, что амбар на видном месте станет легкой мишенью для Пожирающих Печень.

— Но ведь Пожирающие Печень пожирают печень, а не зерно, — недоумевали люди. Но советники только поднимали их на смех и отмахивались, предлагая не лезть в стратегию ведения войны.

Поу-Воу, к слову, знал, как залезть в этот амбар — однажды они пробрались с друзьями в брешь под свесом кровли и вдоволь насытили свои животы. Однако в последующие дни их мучила неукротимая рвота — съеденная кукуруза оказалась заплесневевшей.

Мальчик встал в конец очереди и начал сконфуженно кривиться под любопытствующими взглядами оборачивающихся к нему стариков.

— А ты что здесь делаешь? Ты же вон какой молодой, — продребезжал ему один из них. Сморщенный, как черепаха, он был облачен в неряшливый пончо из кукурузных листьев, что вдевался и закреплялся на плече в пустой черепаший панцирь. Второе плечо было оголено и на нем почти не осталось живого места — дряблая кожа была исполосована рубежами избыточной мудрости.