В зарослях следы крови исчезли, зато стали попадаться новые чужеродные для этих джунглей элементы. Тут ружьё, тут револьвер… А значит, мы были на верном пути. Поэтому уверенно двигались дальше, испуганно оглядываясь на каждый громкий звук. И ещё более испуганно — на любой тихий.

А звуков вокруг нас хватало. Причём местная живность не стеснялась устраивать разборки прямо у нас под носом. Возможно, виной всему были динамики, которые усиливали каждый «хрусь» и «бам», пойманный датчиками на внешней ткани скафандра. Но, когда рядом с одним из бойцов затряслось растение, напоминавшее банановый куст, а оттуда донеслись визги и жуткое рычание, парень не выдержал и пальнул…

Паникёра, конечно, сразу угомонили. А визги и рычание сменились хоровыми подвываниями, после чего бывшие охотник и жертва дружно ретировались. Видимо, решили продолжить разборки подальше от таких агрессивных созданий, как мы. Но можно было не сомневаться: внимание мы привлекли.

К останкам наших товарищей мы вывалились как-то… Я бы сказал, совсем неожиданно. Вот идущий первым боец раздвигает листья, и мы выходим из зарослей на утоптанную полянку, устланную прелой листвой…

А вот уже…

Впрочем, лучше обо всём по порядку.

В самом центре полянки росло необычное дерево. И да, это было именно дерево. Но почему-то возникало ощущение, что это сотня тонких деревьев срослась в одно. В земле исчезала густая сеть корней, а вверху — на высоте метров где-то четырёх — такая же густая сеть ветвей поддерживала крону. По центру темнел толстый ствол, будто состоящий из туго сплетённых корней и веток.

Под деревом, в тени кроны, лежали наши разведчики.

Точнее, то, что от них осталось.

А осталось не так чтобы много… Похитители даже кости обглодали так, что нашим взглядам предстали лишь обрубки. Или, скорее, огрызки. Вся одежда была съедена, все рюкзаки — тоже.

В наличии были только недогрызенные кости. Видимо, припасённые на чёрный день. Ну и несколько единиц оружия, запачканных кровью и грязью.

При этом похитители тел никуда из-под дерева не ушли. Видно, плотно перекусив, решили ещё и сладко поспать. Вот и проспали наше появление.

И теперь на нас с живым гастрономическим интересом смотрело семь очень страшных образин. Размером примерно с телёнка.

У них было две пары мощных задних лап и ещё одна пара передних, отличавшаяся большей гибкостью и какой-то странной коричнево-чёрной расцветкой. Как будто её с другого тела пересадили.

Правда, такой же окрас имели и уродливые головы. Формой, как у бультерьера. Оснащённые двумя парами таких же добрых, ласковых и всепрощающих глаз, как у всё той же породы собак.