Под этим обстрелом мы завершили поиски и поспешно ретировались. Даже если и упустили что-то — расстраиваться никто не стал. Уж больно компания тут оказалась неприятная.

И эта поспешность стоила нам лишних полчаса блужданий. В сгущающихся сумерках, по опушке зарослей…

Мы всё-таки немного сбились с пути и могли бы вконец заблудиться. Но путь нам осветили тонкие стручки каких-то растений, которые в темноте распространяли бледно-зелёное сияние. В этом неярком свете мы кое-как сумели сориентироваться, найти собственные следы и рвануть к лагерю.

Наши скафандры, надрываясь, выкидывали тревожные сообщения. О том, как быстро расходуется кислород. О том, как снижается заряд аккумуляторов. И про то, какие грязные у нас стали фильтры от того дерьма, что сейчас приходится отсеивать.

Уверен, ещё немного, и скафандрам бы пришлось кричать о переполнении контейнеров с отходами. Потому что кто-нибудь заблудился бы и окончательно обосрался.

Стоило нам покинуть пределы зарослей, как тревожные сообщения стали сходить на нет. Они всё ещё мигали красным, но теперь уже считали скорость опустошения расходников вполне приемлемой.

Оставленные в лагере бойцы успели за время наших блужданий развернуть специальную герметичную палатку и наполнить её воздухом из больших баллонов. Теперь внутри можно было перекусить, не опасаясь задохнуться, и даже самостоятельно сменить расходные части короба. Дежурные к этому времени начали ставить обычные палатки, в которых нам предстояло ночевать.

Так что, заменив старые аккумуляторы, фильтры и баллоны с воздухом на новые, мы смогли съесть нормальные пищевые рационы вместо надоевших капсул. А потом, наконец, начали готовиться ко сну.

И тут тоже хватало нюансов.

Первым делом надо сказать, что на дежурных ложилась двойная ответственность. Они должны были не только дежурить, но и менять расходники спящим. Когда что-то в скафандрах начинало подходить к концу, короб на спине принимался противно пищать. Вот дежурным и надо было определить, кто пищит — и помочь ему с заменой.

В общем, ночка обещала быть нескучной. Причём ни для кого.

Дневник Листова И. А.

Четыреста восемьдесят девятый день. Нескучная ночка.

И скучной она не была! Нет!

Началось всё с того, что в сторону нашего лагеря понесло какой-то туман. И стоило этому туману добраться до стоянки, как скафандры у всех тревожно затренькали. Долго спать под эти звуки не смог никто.

Впрочем, и жаловаться никто не стал. В конце концов, туман оказался настолько ядовитым, что скафандр вынужден был гнать воздух через все фильтры. И это съедало ресурс фильтров с какой-то прямо-таки отвратительной скоростью.