– Джози, нагрей на керосинке чаю, – обратился он к напомаженной карлице.

Та с недовольным видом, ковыляющей походкой, отбыла в сторону длинного коридора.

А Гладышев, наконец, сумел справиться с волнением и осмотрелся по сторонам. На шёлковом, довольно роскошном диване сидели две молодые девицы. По виду это были китаянки с иссиня черными, гладкими, зачёсанными назад волосами. Сии восточные фемины были одеты в тонкие светлые блузки и тёмные юбки. На ногах девиц красовались узконосые расписные туфли. Но самым ошеломительным было то, что внешне эти азиатки являлись полными близнецами.

Сидели китаянки на диване в вольных, почти вульгарных позах, поджав под себя длинные стройные ноги. Вокруг в живописном беспорядке лежали расшитые подушки. Точно такие же подушки валялись и на паркетном полу.

Одна из девиц держала в руках блюдечко с куском торта и жмурилась от удовольствия, слизывая кремовые розы. Напротив этой весьма экстравагантной дивы находился большой бокал с вином, к которому она то и дело прикладывалась с чмокающим звуком. Вторая китаянка в это время курила, пристально и беспардонно рассматривая Гладышева мутным взглядом узких глаз. Когда карлица Джозефина вернулась из кухни, она присела на диван к двум китаянкам и положила голову на узкое бедро той, что курила пахитоску.

Помимо дивана, в комнате располагалось несколько шкафов с книгами. А в дальнем углу стоял письменный стол, заваленный рулонами географических карт, кипами бумаг и газетных подшивок. Рядом со столом высились полки с книгами, среди коих красовалась средневековая астролябия, глобус, жёлтый человеческий череп и хрустальный шар для гаданий. Напротив стола расположился стул, покрытый шкурой молодого леопарда.

Общая обстановка не показалась Гладышеву бедной, отнюдь. Он заметил несколько дорогих и массивных подсвечников, пару фарфоровых китайских ваз, множество статуэток и персидский ковер напротив дивана. Однако общий беспорядок и небрежность вносили в эту комнату некий легкомысленный хаос.

– Простите ещё раз, Григорий Александрович, – начал бормотать Гладышев, сделав попытку встать из-за стола. – Я невероятно смущен, ибо пришёл, верно, не вовремя. Может, мы выйдем в коридор? У меня к вам имеется лишь один вопрос.

– Да, бросьте вы, любезный Михаил Алексеевич, вы даже не представляете, как я, в сущности, вам рад. Сейчас мы выпьем, и я познакомлю вас с моими милыми подругами. Вы не должны их стесняться. Этих дам можно назвать дамами полусвета, иначе говоря, все они являются обычными куртизанками.

После этих слов карлица вспыхнула и надула губы.