К своему счастью, за несколько энергичных гребков, чувствуя как в ушах сжимается и покалывает от нарастающего давления воды, я успешно оказываю рядом с любимой, которая тем временем зависает на глубине четырех или пяти метров, почти точно посреди хорошо различимого песчаного дна моря и поверхностью воды. Она следит за мной взглядом, качает головой и откидывает мои руки, тянущиеся к ней.
Преодолев её сопротивление, я все же крепко обнимаю её, сковав движение рук, и в упор смотрю ей в сейчас по-особенному выразительные карие глаза, веки которых подрагивают, до сих пор, вероятно, источая потоки слез.
— Он не пинается…, - одними губами говорит мне она, выдавливая из легких последние остатки кислорода….
Чужие
Мои лёгкие пылают от напряжения, а в голове тонко и протяжно звенит, будто от сработавшей сиреной пожарной сигнализации. Но я изо всех сил стараюсь держать себя в сознании и терплю агонию недостатка воздуха, понимая, что стоит мне сдастся и всплыть одному, чтобы отдышаться, то драгоценное время, нужное для спасения супруги, уйдет, а после сделать что-либо может быть слишком поздно. Так что я крепко удерживаю в объятиях супругу, прижимая к себе её выпирающий живот, надеясь, что тем самым смогу передать ей ощущение нашего с ней единства. Что я не оставлю её. И что я переживаю вместе с ней общую трагедию и готов помочь справиться с ней.
Однако она продолжает вырываться и упрямо качает головой, настаивая на том, что мне следует оставить её в покое. В сознании пролетает мысль о том, что я бы мог насильно вытащить жену на поверхность воды. Но все же не решаюсь на подобный шаг, опасаясь, что в таком случае лишь усугублю ситуацию, спровоцировав агрессию супруги в свой адрес.
Почти теряя сознание от удушья, мой изворотливый рассудок, поставленный на грань выживания, наконец выдает циничный, но эффективный способ воздействия на жену.
— Не оставляй меня одного…, - беззвучно говорю ей я, соорудив на лице жалобную мину, решив не тратить усилия на уговоры, и ударить точно в цель, задев чувствительный нерв супруги.
И мои слова немедленно действуют. Я знаю, что это всегда с ней работает. Ведь я достаточно часто, с первого дня совместной жизни, прибегал к подобным манипуляционным уловкам влияния на жену, зная эту её особенность. Когда прикидывался слабым и просящим. Человеком, зависящим от её воли. Требующей снисхождения жертвой. Тогда как на самом деле выступал в роли агрессора, злоупотребляя её обостренной эмпатией и неспособностью отказать в помощи, заставляя уступать свои законные права в угоду расширения моих полномочий. Однако, в моё оправдание, в отличие от прежних случаев, сейчас это приём используется мною в очевидное для нас обоих благо.