Арифметика холодная, хирургическая, безотказная. Три жизни внизу против восьмидесяти пяти дома. Два дня ожидания против бессрочного запрета. Этическая оценка: данные удалены.

Я отвернулся от перил.

И в этот момент Рубцовый Узел поймал сигнал, которого здесь быть не могло.

Глубинный пульс.

Я замер. Далан, шедший на два шага впереди, обернулся.

— Что?

— Подожди.

Закрыл глаза. «Витальный Фильтр» на минимум, пропускать всё. Городской шум хлынул обратно: тысячи пульсов, резонанс кристаллов, гул Жилы под корнями, и сквозь всё это тишина — пустая, ровная.

Может быть, показалось. Фантомная вибрация, память тела, которое месяц жило в резонансе с Реликтом и теперь тоскует по утраченной связи, как ампутированная конечность тоскует по нервным импульсам.

Сорок семь секунд.

Второй удар.

АНОМАЛИЯ: Глубинный пульс зафиксирован на расстоянии 50 км от точки контакта (Реликт, Пепельный Корень).

Источник: неизвестен. Характеристики: идентичны ранее зафиксированному пульсу (1 удар / 47 секунд, глубина 200 м).

Возможная интерпретация: глубинная сеть корневых магистралей передаёт сигнал по всему региону. Реликт Пепельного Корня, не единственная точка входа. Магистральная сеть покрывает территорию, значительно превышающую зону влияния одного узла.

Резонансная Нить оборвалась шесть дней назад. Связь с Реликтом мёртвая, пустая — фантомная боль на месте разрыва. Но Глубинный Узел на глубине четырёхсот двенадцати метров, тот, который показал мне пустую камеру диаметром пять метров, из которой что-то было изъято или ушло, он был чем-то большим, чем Реликт. У него был свой радиус. И радиус этот, судя по тому, что я чувствовал его здесь, в шести-семи днях пути от деревни, в городе с населением в три тысячи человек, был значительно больше, чем я предполагал.

Оно не привязано к деревне — оно простирается подо всем. Глубинная сеть, для которой расстояние между Пепельным Корнем и Каменным Узлом, как расстояние между двумя пальцами на одной руке.

И оно знает, что я здесь.

Третий удар пришёл через сорок семь секунд. Точно в ритме. Я считал.

Далан стоял рядом и ждал. Его лицо оставалось спокойным, но рука лежала на ноже.

— Всё в порядке, — сказал я и понял, что вру.

Мы спустились к рынку. Вейла стояла за прилавком, отсчитывая Капли в поясной кошель. Когда я подошёл, она подняла голову и прочитала на моём лице больше, чем я хотел показать.

— Плохо? — спросила она.

— Демонстрация послезавтра. Если пройдём, то лицензия на полгода, десять процентов Гильдии.

— А если нет?

— Конфискация и запрет.

Вейла приняла это.

— Тогда нам нужно, чтобы послезавтра всё было идеально. Без единого провала, без единого сомнения. Совет должен увидеть не деревенского самоучку с экспериментом, а продукт, который спасает жизни. Ты мне поможешь с этим, или мне придётся заняться театральной постановкой самой?