Я почувствовал, что граф улыбается.

— Жаль, что не могу поздравить вас лично. Выдернут по особым делам.

— Что-то важное?

— Как всегда, Михаил Иванович, как всегда. Скверна не дремлет, и находится не только на западных рубежах, увы.

— Я могу чем-то помочь?

— Михаил Иванович, ваши таланты неоспоримы, но мы тоже что-то можем. Как-то ведь справлялись прежде, — хмыкнул Орлов. — Если без вас не управимся, то обязательно призовём.

— Прорывы? — не отстал я. В новостях ничего не было. Черномор исправно присылал мне отчёты, но не всё попадает в сводки. Вон, про Ярославль ничего известно не было. Хотя Люций заверял, что была страшная битва и Михалков, пропавший Аль Абасовец, погиб.

— Нет-нет, Михаил Иванович, рутинные консультации наших китайских партнёров. У них есть пара инцидентов в Гималаях и некоторые вопросы. Ничего интересного. Встреча с главой их ведомства. Если будет что-то интересное, непременно скажу. Но вряд ли вы захотите поехать в командировку в Поднебесную, верно же?

— Да, вряд ли, — согласился я и попрощался. Открыл калитку и выгрузил несколько отобранных на новой земле камней. Ничего подозрительного в них не было, так что здоровье Нямки оставалось в безопасности. Хотя ещё один кристалл такого размера, который он тогда «выродил», было бы неплохо заиметь. Астахов, занимающийся садовой скульптурой, захлебнулся от восторга, когда получил в своё владение элемент, который необходимо было встроить в заказ. И сейчас целыми днями пропадал в мастерской, возведённой вокруг будущего шедевра. Я туда не заглядывал по настоятельной просьбе творца, понимая необходимость уединения.

Один раз скульптор вышел со мной на связь, спросив, есть ли у меня ещё такие камни, а если нет, то, где я достал этот. Пришлось расстроить его, что подобных даров Скверна больше не притащит. Заставлять моё любимое ведро мучиться ещё раз, ради корысти, я не собирался.

Ланцов на звонок не ответил. Опять. Нямко радостно собрал свои подарки, бормоча себе под жестяной нос восторженное:

— Ням! Няням! Ням-ням!

Я прошёл к дому, сопровождаемый ведром и слушая весёлое шуршание камней в его недрах. Нямко что-то болтал, словно рассказывал о том, как провёл день. У порога дома он замер, нерешительно заглянув внутрь.

— Проходи. Мне надо в душ.

— Ням, — с опаской отступило ведро, а потом совсем по-человечески помахало ручкой и весело попрыгало по ступенькам вниз, забыв про меня. Я проводил его взглядом и закрыл за собой дверь.

Звонок Ланцова застиг меня в полуголом виде в ванной.

— Михаил Иванович? Простите, не было возможности ответить, — раздался голос полковника. — Вы оказались правы. И я только что от Его Императорского Величества. Хочу сказать, нам обоим не даёт покоя мысль, как вы узнали?