Я терпеливо ждал продолжения. Скоробогатова смотрела мне в глаза, пытаясь прочитать реакцию.

— Вы знакомы с семейством Мухиных? — в лоб спросила она. Неожиданно.

— Кое-что слышал.

А один из доверенных людей главы столь известного рода сейчас находился в бревенчатой избушке, где его сознание препарирует Конычев.

— Будь ситуация чуть проще, Миша, я бы не стала вас тревожить. Вы не хотели бы пройтись со мной? Чтобы мы не беспокоили вашу матушку.

— Конечно.

Мы двинулись по освещённой дорожке в сторону моего культурного центра. Водитель Светланы покорно вернулся в машину, и вскоре розовый внедорожник со скоростью пешехода поплёлся за нами.

— Мухины род с сомнительной славой, — сказал я.

— Да. Но у них есть власть и сила. Которой хватит, чтобы испортить жизнь любому.

Мы шли по дорожке, и она держала меня под руку.

— Я получила предложение руки и сердца от Константина Семёновича Мухина, — призналась Скоробогатова, глядя себе под ноги. — Третий сын в роду. То, чего я, по его мнению, заслуживаю.

— Видный жених, — хмыкнул я с лёгким ехидством. Третьему сыну в целом мало чего достаётся. Вариант на безрыбье. Больше оскорбление, чем вариант для союза.

— Да. И ладно, если бы это было просто предложение, Миша. Пережила бы как-то. Я, честное слово, чувствую себя какой-то племенной кобылой. Столько людей стали заинтересованы в моём обществе. Благородные юноши никому не известных семей, прогулявшие свои состояния, зрелые титулованные особы и просто желающие заполучить доставшиеся мне земли. Оказывается, столько мужчин обладает меркантильными интересами. Никогда бы не подумала! Папа, получается, сдерживал их всех, пока был жив.

— Хм… — многозначительно заметил я.

— Простите, Миша. Увлеклась. Интерес ко мне, в свете происходящего, понятен и закономерен. Но вот предложение Мухиных меня обеспокоило. Какая красота!

Она запрокинула головку, восхищаясь игрой света и тени на здании музея.

— Выставка уже через два дня, верно? — Светлана покосилась на меня. — Необычный выбор для развития, Миша, но я рада, что на границе помнят и о культурном наследии России.

— Да, через два дня. Культуру многие недооценивают. Но мы говорили о делах бренных. Продолжайте, пожалуйста, Светлана.

— Простите, Миша. Отвлеклась. Собственно, мне настоятельно предложена защита, — горько сказала она. — В жестокое время на границе, где начинается пожар новой войны, мои земли находятся в беспомощном состоянии. Может случиться всё что угодно, и я, как девушка ещё юная и не повидавшая трудностей, могу не справиться.

В голосе послышались передразнивающие интонации.