Размышляя, я продолжал собирать данные и тут остановился, скрипнув зубами:

— Это ещё что такое, Черномор? — глухо спросил я, выведя на экран картинку. Там, среди груд заготовленной руды, в неодимовой шахте, весело скакало Нямко. Оно соорудило из наваленной породы подобие горки и скатывалось по ней, пролетая через свет вытянутого фонаря. Его приятель каждый раз подпрыгивал. Кажется, барабашкам было хорошо. На заднем фоне работали роботы. Один из них проехал по груде камней в считаных метрах от горки.

— Это аномалии воздействия Изнанки на предметы, — услужливо и академически верно ответил на мой вопрос Черномор. Явно считав по моей мимике моё недовольство.

— Я понимаю, что это аномалии. Почему они в шахте? Я ведь велел не пускать их туда. Предупреждал же, что головой за них отвечаешь?

— Да, Хозяин. Вы совершенно правы. Забирайте любую голову, Хозяин, — невозмутимо сказал Черномор. — На девяносто шестом возврате и семнадцатой попыткой связаться с вами мной были проведены расчёты, которые выявили, что регулярная транспортировка аномалий из рабочей зоны в назначенные помещения экономически нецелесообразно. Разрушение тоннелей или насильственное заключение мной были запрошены, но ответа не получили. Исходя из анализа ваших приказов также было принято решение не использовать радикальные способы удержания. Таким образом, я постарался учесть все возможные варианты, но с задачей не пускать в шахту не справился, Хозяин. Однако в своё оправдание могу сказать, что мной перекрыты все выходы во внешнюю среду, а также добавлена защита на конвейерной ленте против несанкционированного использования аномалиями.

— Хм… — многозначительно заметил я, увидев, что за «использование» Нямко проводил в первые два дня. Ведро просто каталось на ленте, вместе с поднимаемой на поверхность рудой, и за ним гонялся выделенный робот, отчаянно веселя барабашку и размахивая рукой-буром, чтобы подцепить ведро за ручку.

— Простите, Хозяин. Это оказалось выше моих сил.

Изображение поникло, окуляры вытянулись и виновато опустились:

— Я сделал всё, что смог, но смог мало, понимаю. Такой уж я…

— Отставить самобичевание, — вероятно, здесь и правда задача была трудновыполнимая. Барабашек он уберёг, проходы изолировал, добычу не остановил. Причём самостоятельно, если не считать многочисленные звонки. — В целом ты, наверное, даже хорошо справился, получается.

— Вы говорите так, чтобы меня поддержать, — монотонным голосом продолжил Черномор. — Я бесконечно тронут, но это ничего не меняет. Я не справился с задачей. Нечеловечишки неконтролируемы. Моя ближайшая аналогия — детёныши людишек. Вероятно, я плохой мать. Выберите голову для ответа, пожалуйста. Однако рекомендую использовать Черномора-4, так как его бур был повреждён в результате обрушения дальней штольни, и он потерял тридцать процентов производительности.