— Вы готовы?
— Да! Но мама вас так любит! Она все равно узнает вас!
— Хотите пари? — улыбнулась Мэрилин и так подняла плечи, что почти уткнулась подбородком в грудь.
В парикмахерской Марсель на углу Уинтер-стрит и Второй Западной улицы было много народа: кому-то мыли голову, кто-то сидел под сушуаром. Полин хорошо знала обеих помощниц матери, Бонни и Дону, у которых сегодня не было ни минуты свободного времени. Марсель удалось воссоздать атмосферу салона красоты на улице Бреа на Монпарнасе, где она когда-то работала. В своем бело-розовом царстве она чувствовала себя счастливой и уносилась далеко от Рино.
Полин и Мэрилин остановились около парикмахерской, и Полин увидела, что Марсель красит Кейси Смит, жену владельца казино. Она объяснила Мэрилин, что это самая важная клиентка матери.
— Вот и отлично. На меня она не обратит внимания. Постойте здесь. Делайте вид, что ждете поклонника.
Не снимая солнечных очков, Полин наблюдала за Зельдой. Та толкнула стеклянную дверь и неуверенной походкой вошла в салон. Марсель подняла голову, на секунду отвлекшись от красноватой пасты, которой мазала волосы клиентки, взглянула на нескладную Зельду Зонк и снова занялась делом. Вошедшая женщина ее нисколько не заинтересовала. Бонни встретила Зельду вежливой улыбкой. О чем они говорили? Полин не слышала. Зато увидела, что Бонни показывает клиентке образцы лака для ногтей. Зельда долго рассматривала разные цвета, а потом решительно подошла к Марсель и о чем-то ее спросила. Полин наблюдала за ней с восхищением и тревогой. Но Марсель, занятая Кейси Смит, не обратила внимания на плохо одетую и небрежно причесанную брюнетку, и та вышла из салона.
— Вот так! — объявила Мэрилин, улыбаясь потрясенной Полин. — А теперь быстро в гостиницу, пока суровая Милдред Джонс вас не хватилась.
— Вы… вы…
Полин пыталась подобрать правильное слово и наконец выпалила:
— Неповторимы!
— Я актриса, Полин. Играть роли — моя работа. Неповторимая вы, хотя пока не знаете об этом.
1957 год. Рино, Невада
Полин с широкой улыбкой читала и перечитывала письмо из Маунт-Шасты, которое передал ей доктор О’Брайен. Доктор Хикс подтверждал, что этим летом ждет ее на стажировку в своей ветеринарной клинике. Ее сопроводительное письмо произвело на него не меньшее впечатление, чем характеристика, которую дал девушке доктор О’Брайен. Полин полностью соответствовала требованиям, которые он предъявлял к своим стажерам.
В тщательно продуманном сопроводительном письме Полин признавалась, что ее желание стать ветеринаром было продиктовано любовью к лошадям. Она впервые увидела мустангов в семь лет, когда приехала в Неваду (дальше девушка посвятила целый абзац, довольно романтичный, истории Командора). Кроме того, она считала, что профессия ветеринара откроет перед ней большие возможности: встречаться с разными людьми, занять свое место в жизни, постоянно учиться и совершенствоваться. Четыре года она помогала доктору О’Брайену на ранчо Велмы Джонстон и теперь была уверена, что хочет посвятить себя лошадям, не только мустангам, а любым лошадям. В конце письма она упоминала, что родилась в Париже, но переезд в Неваду изменил для нее все: она открыла совершенно другую вселенную, новый образ жизни. Маленькая парижанка стала американкой — она хочет жить в США, связывает с ними свое будущее. И ее нисколько не пугает необходимость много работать.