Полин слушала, боясь упустить хоть слово. А черно-белая пленка? Миссис Страсберг никак не могла успокоиться. Это же так старомодно! Уайти мягко возразил, что, возможно, так лучше, потому что у Мэрилин бывают красные глаза, и миссис Страсберг признала, что он, пожалуй, прав.
Время шло. Наконец Агнес с улыбкой присоединилась к Уайти и миссис Страсберг в гостиной.
— Сейчас она выйдет.
— Отлично, — отозвалась миссис Страсберг. — Хоть раз опоздаемвсего на два часа.
Она позвонила на ресепшен и распорядилась, чтобы подавали машины. И не забыли, как в прошлый раз, положить туда бутылки с водой.
Полин вдруг почувствовала легкий душистый аромат цветов и сразу узнала его; она часто улавливала его ноты в полутемном номере, но сейчас он раскрылся полностью.
На пороге гостиной появилась женщина в белом платье с узором из зеленых листьев и красных вишен, которое подчеркивало ее пышные формы. Белые туфли-лодочки на высоких каблуках визуально удлиняли стройные ноги. На лице идеальный макияж: глаза подведены, манящие губы накрашены алой помадой. Светлые волосы, густые и блестящие, спадали на плечи аккуратными локонами. Полин не могла отвести от нее изумленных глаз — она двигалась иначе, плавно и в то же время с дерзкой чувственностью. Когда она заговорила, девушке показалось, что даже ее губы приоткрываются не так, как у миссис Миллер.
У Полин перехватило дыхание. Да, это была она. Та самая. Полин не узнала ее сразу, потому что миссис Миллер, которую она видела по утрам без намека на макияж, с тусклыми волосами и погасшим взглядом, не имела ничего общего с этой ослепительной блондинкой в платье с глубоким вырезом, которая удивительно двигалась и чарующе говорила, с этой необыкновенной женщиной, с этой кинозвездой.
Все поднялись и направились к двери.
Проходя мимо Полин, актриса на секунду приостановилась и одарила ее неподражаемой улыбкой.
— Доброе утро, Полин! — поздоровалась с ней Мэрилин Монро.
1956 год. Рино, Невада
Полин исполнилось шестнадцать, и она, в соответствии с законодательством США, получила водительские права. Марсель считала, что это слишком рано и слишком рискованно, она не желала слушать Дага, который повторял, что это важный этап в жизни молодых людей в его стране, своего рода традиция. Он разрешил Полин пользоваться старым «бьюиком», подержанным кабриолетом, который сам отремонтировал. Каждый раз, когда Полин отправлялась на нем в Уордсворт навестить Билли-Перл и увидеть мустангов, ее переполняла радость. Она чувствовала себя свободной и, с развевающимися на ветру волосами, мчалась, распевая во весь голос, среди бескрайних равнин и гор, лишь изредка встречая другие автомобили.