И отчего-то он меня пьянил, хоть я так и не выпил даже глотка алкоголя. — Как так? — прошептал я. — Пренебрежительно, — ответила она, буравя меня взглядом. — Я не виновата в том, что происходит. И не хочу, чтобы меня запирали, как преступницу. Она произнесла это так твёрдо, но отчаянно, что я вновь сделал полшага вперёд, словно мизерного расстояния между нами было слишком много. — Чего же ты хочешь? — произнёс я, наклоняясь ещё ближе, так, что её аромат овладевал мной полностью. — Хочу тренироваться. Хочу быть свободной. Выпалила она на одном дыхании, а эти слова отозвались эхом собственного голоса во мне. Свобода. То, что я ценил. То, чего желал всегда. Я рассматривал лицо Неи, словно в первый раз. Большие оливковые глаза, ровный нос и длинные подрагивающие ресницы. На секунду дольше задержал внимание на полных губах, которые были чувственно приоткрыты. Я так жаждал своей свободы. Так проклинал судьбу, время и старался держать под контролем всё, что ограничивал её, забывая о том, что ценил сам. И в этот миг Нея поддалась вперёд, протягивая руку и прикасаясь к моему лицу самыми кончиками пальцев. И от этого лёгкого жеста разряды тока пронеслись через каждую клеточку моего тела. Я внимательно следил за её эмоциями, словно боялся что-то упустить. Сомнение и страх, промелькнувшие на мгновение, вдруг сменились желанием, которое блеснуло в светлых глазах. Её запах одурманивал меня, её прикосновения сводили с ума, её губы манили. И никогда до этого я не испытывал такую смесь желания и злости, которые бы были настолько переплетены. Эта девчонка, эта шутка моей судьбы, эта чёртова Нея Росс. Я наклонился ближе, окончательно стирая невидимые границы между нами, а её прерывистое дыхание уже щекотало мои губы. Воздух вокруг словно превратился в дым, стал удушающим и ядовитым. Нея, казалось, и вовсе не дышала, а я полностью уничтожил миллиметры между нами. Подгоняемый каким-то неконтролируемым порывом, который был сильнее меня самого. Все аргументы и логика отключились, оставляя лишь нас двоих. Поцелуй был такой мимолётный, такой не похожий на меня и на то, какие были до неё. Но именно он показался сладким кислородом в этой пучине прожжённого воздуха. Нея резко отпрянула, часто моргая и смотря мне в глаза. А я сверлил её, всё ещё пытаясь объяснить свой порыв. — Эрик? — послышался знакомый голос Леоны за спиной, который был сейчас таким лишним. Я не сводил внимания с Неи, которая вздрогнула и посмотрела на вход. — Оу, извините, — вновь раздался голос мулатки. И в этот