каждого кошмара преследовала лишь одна мысль: «Ты не спасла сестру». Вина лежала на хрупких плечах ребёнка, который взрослел. И вместе с этим росла боль и тоска, которые поселились глубоко в сердце. Я не спасла её. Я не остановила бандитов. Но что бы могла сделать одиннадцатилетняя девочка? Сейчас же внутри клубилось нечто противоречивое — смесь облегчения и новой волны тоски от одного лишь взгляда Ханны, полного ненависти. Но как она попала сюда? Что происходило с ней все эти двенадцать лет? Мы должны поговорить. Несмотря на злость и ярость, на обидные слова. Она всё ещё была моей младшей сестрёнкой. Из-за двери донёсся шум и чей-то разговор, тут же привлёкший моё внимание. Я приподнялась на локтях, замерев на несколько секунд, и прислушалась, улавливая знакомый голос. «Это Эрик» , — пронеслось в голове, и через секунду я уже была на ногах, стремительно направляясь к двери и опуская металлическую ручку. — Закрыто. Что за чёрт? Я ещё раз дёрнула дверь, но она не подалась. Голоса медленно отдалялись, и Эрик Темпор, по всей видимости, не соизволил обратить своё внимание на меня. Я с силой ударила по деревянной поверхности, мгновенно ощущая, как от такого порывистого жеста по ладони побежал жар. Но это лишь сильнее распылило мою злость. А она росла с геометрической прогрессией в адрес этого наглеца. «Поверить не могу, что он запер меня, будто какую-то пленницу!» Я тяжело дышала, попутно замечая, насколько сильны мои эмоции. Словно яркий калейдоскоп, они раскрывались новыми гранями, полностью завладевая рассудком. Будто в один момент кто-то нажимал на газ и совершенно забывал сбавить скорость. Внутри всё горело настолько, что будь Эрик сейчас прямо передо мной, я однозначно начала бы его колотить. «Так, Нея. Спокойно. Дыши. Тебе нужно умыться и прийти в чувства» , — мысленно успокаивала саму себя, вновь и вновь осматривая комнату до тех пор, пока не вспомнила про ещё одну дверь. Подойдя ближе, медленно опустила ручку. «Слава всем богам, что Эрик хоть её не закрыл». Рукой провела по стене, нащупывая выключатель, и комната залилась мягким светом, освещая всё те же серые стены, умывальник и огромный стеклянный душ. Я шагнула вглубь ванны и остановилась около зеркала, взглянув на саму себя. Попади я в таком помятом виде на глаза матери, она бы точно подумала, что меня месяц держали в плену. Впрочем, судя по закрытым дверям, так оно и было. Я сделала тяжёлый вздох и скинула с себя одежду, всё ещё пытаясь усмирить бушующее раздражение внутри. Уже через пару минут прохладные