Обитали в этом лагере папа и дядя Коля со своими сыновьями (у каждого по двое, возраст старших по тринадцать-четырнадцать, а младших по шесть-семь лет), а на выходные наезжали жёны, придавая мужскому расслабленному обществу необходимый, как они считали, тонус. Бывали в гостях и друзья-приятели, но тоже больше по выходным.
Дальше по берегу, справа и слева, тоже стояли лагеря, но далеко не так плотно, как это будет лет через десять, а уж тем более через двадцать.
Представила я наше прибытие со стороны и смешно мне стало. Все Шамановы (все!) низкорослые. Папа, дядя, старшие пацаны Санька и Вовка, которые по росту уже ко взрослым подтягиваются, да и я — все метр шестьдесят. И тут Вова — метр девяносто шесть. Прибытие Гулливера в страну лилипутов, блин.
Но папаня мой по поводу роста никогда не комплексовал. Главное, говорит, чтоб ноги до ковра доставали (имеется в виду борцовский ковёр, конечно же). Я осчастливила юнитов печеньем и яблоками (уже мытыми!), дядя Коля повёл Вовку — показать, куда удобно поставить палатку. А папа прыгнул в одноместную надувнушечку и понёсся сети проверять. Да, рыбнадзор тогда и не лютовал особо. Жрать людям было иногда нечего, так что на сети все закрывали глаза. А вот когда он со своей рыбой радостный пригрёб, я и достала — та-дам! — заветные железные мочалки.
Сорожки и подлещики — это фигня. Чистятся легко и быстро. А вот щука — рыба злостная, и с чешуёй расстаётся крайне неохотно. А этой вот мочалкой (или губкой, я ХЗ как её лучше назвать) — только в путь!
Короче, я произвела впечатление, как и собиралась.
А Вова с папой тем временем достали эти подводные ружья, взяли надувнушку побольше и устремились на подводную охоту. Оба в гидрокостюмах, блин. Чисто космонавты. Ладно, это я так, ржу.
Зато потом я раскрыв рот слушала, как Вовка ловил щуку. Просто я это один раз уже слышала. Практически в тех же выражениях и интонациях — и про цвет воды сквозь водоросли, и про дыхание, которого даже у него, привычного к подводному плаванию, больше чем на две минуты обычно не хватает, и про осторожные движения — щука — рыба опасливая.
— Мне отец, главное, говорит: да тут нету рыбы, я с сетью проходил.
— И поймали? — завороженным от этого дежа вю голосом спросила я.
— Пошли покажу.
Рыбины были что надо. Честно говоря, когда (в том мире) Вовка рассказывал мне сон, я думала, он немножко преувеличивает. Да нет! Рыбины были крупные. Здоровенные даже, я бы сказала. Одна практически с мою ногу.
Вот это был настоящий фурор, на весь берег!
Вечером к нашему костру на премиальную жареную щуку потянулись соседи с бутылочками. Я же говорила про неимоверное количество выпиваемого? Мда-а-а. Это не преувеличение.