Император не сдвинулся с места, осознавая, что ситуация обстоит на самом деле куда сложнее, чем ему представлялось ночью. И тогда он сделал первое, что пришло ему в голову, — отключил блокировку действия вируса бесконтрольного избыточного сексуального магнетизма.
Глава 33. Кто ты, сукин сын?
— Гердиния… — начал Маджуро и запнулся в ожидании действия вируса.
Мозаика сложилась. Частью — из рассказов кхара Теранта о том, что Империя — огрызок мира, причем неполноценный, а основная масса людей живет на огромных материках, многократно превосходящих размером весь Съяр. Частью — из памяти настоящего Маджуро Четвертого, а там были огромные черные воины с оружием, равного которому в Империи даже близко ничего нет, и дань, которую страна платила семье Кросс, управляющей землей генетического отребья.
Все объединило финальное звено — Гердиния Кросс, серый кардинал Империи, и ее муж Антоний, чью роль в правительстве еще только предстоит узнать. Женщина стояла, насмешливо склонив голову и ожидая продолжения:
— Ну же, говори, что ты там собирался сказать?
— Могу я хотя бы позавтракать? — невозмутимо поинтересовался Маджуро у всесильного секретаря.
— Тебе принесут. Все, исчезни!
— Еще кое-что… Мне бы хотелось поприсутствовать на вашем совещании. Надеюсь, ты не против?
— Я? — удивилась Гердиния. — Мне казалось, ты сам не желаешь участвовать в подобных скучных делах. Хорошо, я не… — Но тут ее зрачки расширились, щеки налились краской, а дыхание участилось. Она посмотрела на императора другими глазами, и в этом взгляде проявился искренний интерес. — Прости, мне надо отлучиться.
Она резко сорвалась с места и скрылась в уборной. Сексуальный магнетизм сделал свое дело, но выдержке Гердинии Кросс можно было позавидовать.
Маджуро успел распорядиться подать завтрак и даже насытиться, прежде чем женщина вернулась. Ее дотоле идеальная прическа сбилась, макияж был смыт, но к ней вернулась невозмутимость. Сев за стол рядом с ним и отослав слуг, она налила себе зернового отвара — традиционного и крайне дорогого бодрящего утреннего напитка, — но пить не стала. Вместо этого, изящно оттопырив мизинец, отставила чашечку на край стола и заговорила:
— Мадж… — Гердиния смутилась. — Прости меня.
— За что? — поинтересовался он.
— За то, что сказала до этого… и вообще, за все. Повелитель, я осознала, как сильно была неправа. Позволь мне исправить свою ошибку!
— Как?
Не ответив, она потянулась рукой к его ноге, провела по бедру и попробовала добраться до кое-чего еще, но Лука поспешно скрестил ноги и сбросил ее ладонь. Кажется, уже достаточно. По его мыслеизъявлению возобновилась блокировка выработки феромонов. Но это не помогло.