Кора, с раннего возраста научившаяся мгновенно находить общий язык с кем угодно, поняла правила игры и прикинулась восхищенным красотой Кейринии ребенком, главным увлечением которого по сей день являются куклы.
— Куклы? Как скучно, девочка! — воскликнула Кейриния. — Я знаю кое-что поинтереснее! Платья! Косметика! Украшения! Духи!
— Платья? — нахмурилась Кора. — Вот уж что на самом деле скучно!
— Ты их просто не умеешь носить! Я покажу тебе…
— Тогда почему бы вам не заняться гардеробом Коры? — перебил ее Лука. — А еще надо обставить ее комнаты. Займетесь?
— С превеликим удовольствием, повелитель! — сказала Кейриния. — Раньше полуночи нашего возвращения не ждите!
Две девочки — большая и маленькая — тут же умчались по торговым лавкам. По распоряжению Маджуро Гектор приставил к ним парочку своих ребят — во избежание, как выразился император, всяческих эксцессов.
После торопливого совместного ужина Гердиния урвала-таки один горячий поцелуй, воспользовавшись возникшим на несколько минут уединением и отсутствием Кейринии, а потом напомнила, что императора вечером ждут на торжественной церемонии награждения гильдии целителей.
Несколько слуг два часа (могли бы и вдвое больше, но Маджуро их поторапливал) готовили императора: мыли, стригли, брили, причесывали и укладывали буйную шевелюру, а потом долго одевали в парадный мундир, и все эти процедуры так осточертели Луке, что на церемонию он шел чертовски злой. Целители пользовались особым расположением всей императорской династии, и ежегодные церемонии проводились не в здании гильдии, а в специальном зале дворца при участии первого лица.
Зал этот находился в другом крыле и вмещал до сотни человек. Размеренно, соблюдая достоинство, Маджуро шагал и думал, как себя вести с кровопийцей и отомстить ему так, чтобы это выглядело логичным и не вызвало вопросов.
Облачившийся в праздничные одежды Ядугара гордо вещал в окружении группки старших целителей. Он определенно помолодел — частью за счет самого Луки, а частью… Нет, не Коры. Рядом с ним, понурив голову и опираясь о стенку, стоял старший ученик Пенант, и, не знай Лука его лично, он бы решил, что это какой-то старик.
И тогда Лука Децисиму, он же император Маджуро Четвертый, придумал.
Глава 36. Потерянные годы
Старший ученик Пенант, прежде бывший беспризорным мальчонкой, а впоследствии проданный за один золотой в пятилетнюю неволю и последующее ученичество у целителя Нестора Ядугары, не выносил массовые скопища народа и помпезные церемонии. Откровенно говоря, его от них мутило. Выворачивало наизнанку в самом буквально смысле.