Но озвучивать сделанные выводы мать не стала, и сыну оставалось только гадать, подозревала ли она подобное в действительности, или ему просто хотелось в это верить.
В конечном итоге самому императору отказать она не посмела и ошеломленно приняла дары в благодарность за самопожертвование сына — такой стала официальная версия. Мальчик отдал свою жизнь, чтобы император выздоровел. От чего именно, спешно продумывал Ленц, перебирая болезни и выбирая что-то посмертельнее и поблагороднее.
В награду за сына Приске был дарован небольшой пустующий домик в приличном квартале, только вчера конфискованный у Наута, и ежемесячное императорское пособие, позволявшее больше не работать. Но женщина ответила, что сидеть без дела не сможет, и, если найдется какая-либо работа при дворе, любая, лишь бы поближе к дочери, она будет вполне довольна. К счастью, говорила она это наедине, и император обещал подумать — сразу, как только устроит Кору.
К вечеру мать с сестрой отвезли в новый дом. Гердиния, желая порадовать объект вожделения — а постэффект вируса и не думал заканчиваться, — лично оформила дарственную, поручила помощнику открыть на имя Приски Децисиму счет в банке и внести на него тысячу золотых. Казна была почти пуста, но тысяча золотых — не та сумма, о которой стоило беспокоиться.
Кора вскоре вернулась, и Лука, наедине переговорив с Кейринией, отдал сестренку в опеку фаворитке. Та пыталась было устроить сцену ревности и возмутиться, но Маджуро уже научился находить нужные доводы в общении с близкими женщинами. Он поклялся, что никогда и ни при каких обстоятельствах не возляжет с девочкой, даже когда та достигнет совершеннолетия и станет неотразимой красавицей. Кейриния приняла объяснения, и Лука повел ее знакомить с сестрой. Той уже определили несколько личных комнат рядом с покоями — из тех, что освободились после специальной операции Гектора по проверке и выдворению толпы фавориток и любовниц, бывших и нынешних, которые, впрочем, тоже стали бывшими. Все, кроме Кейринии.
— Ну и ну… — подивилась фаворитка. — Из какой канавы тебя вытащили, прелестное создание?
Кора собиралась ответить что-то убийственно язвительное, но вмешался Маджуро:
— Кейриния, дорогая, девочку только выкупили из рабства. Она сестра того мальчика, благодаря которому я выздоровел. Почему бы тебе не заняться ею?
— Мне? Заняться ею?
— Знаешь ведь, что ты единственная, кому я могу доверить ее… хотя постой… — император сделал вид, что вспоминает имена других фавориток.
— Конечно, мой повелитель! — воссияла фаворитка. — Уверена, мы поладим с Корой!