Глава 26. Аве, император!
Секретарь главы имперских медиков Керлиг, юркий и плутоватый малый, сохранял на лице невозмутимое выражение, хотя это было чрезвычайно сложно. Его желеобразное императорское величество в данный момент пыталось выбраться на улицу через окно.
Наставник Ленц поручил ему особое задание — тайком сопроводить императора в одну из лачуг в трущобах столицы и найти там больную болотной лихорадкой мать того мальчика-донора. Было сказано, что повелитель хочет поблагодарить ее за сына. Ха, конечно! Так он и поверил!
Все это выглядело очень странно и дурно пахло, но Керлигу было не привыкать. К тому же Ленц обещал многое объяснить, когда все разрешится.
Вывести тайком грузного и приметного Маджуро оказалось непростой задачей, но и Керлиг был не лыком шит. Недаром в свои двадцать с небольшим он добился такого карьерного роста безо всяких протекций. Как лучший студент медицинского факультета он был замечен Ленцем на третьем курсе, а на последнем начал работать секретарем. И его административные навыки развились не хуже врачебных. А идея переодеть императора в целительские одеяния, скрыв лицо под фильтрующей воздух маской, стала отличным подтверждением его способностей.
Наконец, Маджуро сумел перевалить тело за окно, но не свалился, а ловко приземлился на ноги. Оглядевшись, он быстро прошел к карете, в которой его ожидал Керлиг.
— Погнали! — скомандовал он.
— Возьмите, повелитель… — Помявшись, секретарь ссыпал в ладонь императора несколько серебряных монет. — Там, куда мы едем, вас вряд ли узнают, а потому и деньги пригодятся. Мало ли что…
Повелитель с интересом изучил свой слабо узнаваемый профиль, и Керлиг подумал, что, возможно, Маджуро впервые держит в руках деньги Империи.
С дворцовой территории в город выехали две кареты. В первой сидел Ленц, во второй — они с императором. В городе кареты разделились и свернули в разные стороны.
Под палящим солнцем стража откровенно зевала, прея и заживо запекаясь в латных доспехах. Придворные, изнывая от жары, попрятались по углам, а потому того, что император покинул дворец таким необычным образом и без охраны, никто не заметил. Керлиг мысленно похвалил сам себя, однако вскоре первоначальная радость уступила место беспокойству.
Сейчас он с его императорским величеством направлялся туда, где никогда не бывал, и заранее покрывался мурашками, предполагая, что это станет путешествием в один конец. Мало того, что ему пришлось самому управлять каретой, так еще и ехали они без охраны. Император хранил спокойствие, Ленц, сухо дав указания, тоже не выказал беспокойства, и только это утешало Керлига. Может быть, стража все-таки есть и заранее расчищает им путь?