— Означают, что я не Маджуро?
— Я такого не говорила!
— Но ты имела в виду именно это.
— Нет, повелитель, все не так! — Она соскочила с кровати и кинулась на колени. — Простите меня, повелитель, я глупая женщина с куриными мозгами, болтаю всякое…
— Встань, Кейриния, и вернись в кровать, — Лука протянул ей руку и помог подняться. Импульсивно он обнял ее и прошептал: — Все в порядке, не переживай. В твоих словах есть доля истины, но объяснение куда проще, чем ты подумала. Мы вернемся к этой теме позже.
Первоначальное желание открыться быстро сдуло холодом рассудка — рассказывать о своих сверхспособностях и истинной сущности еще и ей… Будь Эск рядом, он бы взбесился и привел Луке сотни примеров того, как женщины губили мужчин, но странника не было, и из его опыта проявилась только одна мысль: это не только глупо, но и небезопасно. Женщины непостоянны, они часто принимают эмоциональные решения, и самый большой секрет Маджуро перестанет быть секретом в тот же миг, как эта ласковая и совсем неглупая девушка узнает правду. Он скажет ей, что после перелива помнит не все. Это должно послужить правдоподобным объяснением.
Ленц нетерпеливо ходил по большой комнате, где совсем недавно завтракал император. Когда тот появился, лекарь открыл рот, но был остановлен поднятой рукой Маджуро Четвертого. Ему не терпелось узнать, что с его семьей, но здесь было слишком много ушей.
— Предлагаю выйти и подышать свежим воздухом, — сказал Лука и указал в сторону панорамного окна. — Думаю, на террасе воздух достаточно свежий.
Понятливо кивнув, глава имперских медиков последовал за ним. С террасы открывался поразительный вид на спокойный зеленоватый океан, простирающийся с террасы на весь обзор. По округе разносились крики чаек. Восхищенный Лука совсем забыл, зачем вышел, и долго стоял, полной грудью вдыхая будоражащий морской воздух. Ленц терпеливо ждал.
Осознав присутствие медика, император спохватился. Мама! Кора!
— Докладывай, Ленц, — сухо сказал он, стараясь скрыть волнение.
— Женщина, мать мальчика, в крайней стадии истощения, — равнодушно констатировал медик. — К сожалению, момент для успешного лечения упущен, она доживает последние часы. Она без сознания, лачуга разграблена. Там не оставили ничего, не побрезговали даже лохмотьями, которые были на женщине. Я нашел ее нагой, на полу, затылок разбит о стену. То ли грабители постарались, то ли в припадке сама повредилась.
— Где она? — скрывая дрожь в голосе, спросил Лука.