От императора не ускользнуло, что Ленц сказал «мы». Он был вовлечен, воодушевлен, и это хорошо. До конца дня предстояло решить вопрос с его безопасностью — соответствующая задача уже была поставлена метаморфизму, и даже имелось готовое решение. Осталось подкопить энергии Колеса.
— Все деньги Империи — величина постоянная, — по-мальчишески заразительно улыбнулся Маджуро, и Ленц не удержался, улыбнулся в ответ. — Они только меняют карманы. Направим этот процесс в нужное нам русло.
Глава 28. Кнут и пряник
Расходящиеся слухи и подозрительно долго сидевший у повелителя глава имперских медиков Ленц привели к еще большему оживлению во дворце. У покоев императора скопилась любопытствующая толпа придворных, и гвардейцы их едва сдерживали, пока не прибыло подкрепление.
Капитану дворцовой стражи, срочно вызванному с невероятно занимательного допроса фавориток, пришлось лично заходить к императору и выяснять, что ему делать. Маджуро увлеченно обсуждал с Ленцем реформу здравоохранения, как он это назвал, и среагировал предельно деловито:
— Зевак прочь, кто по делу пусть встают в очередь. Как закончишь, зайди вместе с Керлигом, Гектор.
— Будет исполнено, повелитель! — Гектор треснул себя в грудь, ухмыляясь. — Разогнать этих праздношатающихся бездельников? С радостью!
Лука уже отвернулся, чтобы продолжить увлекательную беседу об имперской медицине и порекомендовать новые способы борьбы с неизлечимыми заболеваниями, кои он успешно нарыл в наследии Эска, но снова услышал лязганье металла.
— Простите, ваше императорское величество, — смущенно обратился Гектор. — Но кто такой Керлиг?
— Ленц? — Маджуро перевел взгляд на лекаря.
Тот лаконично объяснил капитану, что речь идет о новом главе первой имперской общедоступной клиники, а пока — его секретаре.
— Тот плут с хитрой рожей? — подивился капитан, почесал затылок и направился к выходу, приговаривая: — Чудны дела твои, Пресвятая мать! Да снизойдет твое благословение…
Сразу после капитана открылись двери императорской спальни, и появилась Кейриния — в образе столь фривольном, что Ленц, покраснев, отвел взгляд. Лука приказал себе не пялиться, хотя пялиться хотелось столь сильно, что было невмоготу. К счастью, девушка поняла все верно и не стала капризничать. Лишь бросила взгляд на опустошенный поднос с фруктами и поинтересовалась, не изволят ли мужчины съесть чего-нибудь посерьезнее. Мужчины изволили, и первая фаворитка занялась делом. Накормленный мужчина — щедрый мужчина. Это она знала не понаслышке.
Потом заявился гвардеец по имени Урцо. Он прямолинейно сообщил, что к императору настойчиво просится рейк Ли Венсиро (с группой юных девушек и еще какими-то «бродягами»), которому «назначено».