Я нахмурился, мысли по-прежнему были спутанными, и я не нашел ничего лучше, чем спросить:

— Кто это?

Парень, что лежал на полу, был примерно моего возраста и телосложения. Рыжая прядь волос выглядывала из-под капюшона, а глаза застыли в страхе. Скорее всего, Родион убил его здесь же.

Старик раздраженно выдохнул, услышав мой вопрос.

— Это, — он перевернул труп на другую сторону, — Рэджинальд Гримм, и он задавал слишком много вопросов, а теперь помогает нам.

Я сглотнул ком в горле.

— У тебя странное понятие о взаимопомощи, — нервно произнес я, вспоминая просьбу помочь ему с сыном, закончившуюся моими сломанными ногами.

Родион пожал плечами и, наконец, найдя что-то в одном из карманов… Рэджинальда Гримма, поднялся и прикрыл дверь в вагон.

— Переодевайся.

Я озадаченно посмотрел на него.

— А ты взгляни на себя, так мы далеко не уйдем, — он указал на меня ладонью.

Я медленно опустил голову. Видимо, те, кто упаковывал меня в гроб, особо не церемонились. По кровавым ошметкам дорогого и некогда довольно симпатичного костюма можно было попытаться восстановить всю яркую картину многочисленных порезов и ран на моем теле, к которой эти ублюдки подошли со всей серьёзностью. На одежде практически не было живого места, штаны превратились в два рваных огрызка, кончающихся где-то на уровне бедер, а пиджак скорее походил на жилет с большим разрезом на спине. Наверное, проще было пересчитать нетронутые места, чем те, по которым меня резали.

Понятия не имею, что бы мне пришлось пережить, не будь активирован Сдвиг. От одного воспоминания о том, как я лежу в метре от своих же конечностей, внутренности выворачивало наизнанку, а тело рефлекторно дергалось, пытаясь прогнать мысли вон. Механически ощупав свои руки и ноги, как после страшного сна, я посмотрел на открытый гроб, из которого вылез.

Если сейчас все части тела при мне… то что произошло с теми, что были отрублены?

Под пристальным взглядом Родиона я заглянул внутрь цинковой коробки и приподнял брови.

Черные, словно обуглившиеся, кости с мерзкой на вид жижей вокруг них, что ранее была плотью, аккуратно лежали у подножья гроба. Не думаю, что перед тем, как класть останки внутрь, они решили сжечь меня. В таком случае одежда бы тоже сгорела. Но почему тогда…

В этот раз восстановление заняло куда больше времени, чем прежде. Если я правильно понимаю принцип работы Скверны, ей не удалось быстро запечататься обратно в тело, и всё время, пока я был в отключке, она распространялась вокруг меня, выходит… я сам осквернил то, что от меня оставалось?

От размышлений меня оторвал голос старика: